Мысли Святаго Иоанна Златоустаго 3

О Христианском Браке — часть 3

Если ты взял злонравную — научи ее доброте и кротости; если в жене есть порок — изгоняй его, а не ее. Если после многих опытов узнаешь, что жена твоя неисправима и упорно держится своих обычаев — и тогда не изгоняй ее, ибо она — часть твоего тела, как сказано: будета два в плоть едину. Пусть пороки жены останутся неисцеленными, тебе и за то уже уготована великая награда, что ты учишь и вразумляешь ее…, и ради страха Божия переносишь столько неприятностей и терпишь недобрую жену как свой член.»


Говоря об обязанности мужа вразумлять свою жену, Златоустый предлагает и самый способ вразумления. «Жена твоя, — говорит он, — любит искусственные украшения, пышные наряды, многоречива, своенравна. Хотя нельзя думать, чтобы все сии пороки совокупились в одной какой-либо женщине, но мы вообразим себе такую женщину, и пусть муж всячески старается исправить ее. Как же он ее исправит? Он достигнет сего, если не вдруг все станет запрещать ей, но начнет с легчайшего, к чему она не слишком привязана. Если же побуждаемый нетерпеливостью, ты вдруг захочешь исправить ее, то нимало не успеешь. Итак, не отнимай у нее в начале драгоценных уборов, но позволь ей некоторое время пользоваться и украшаться ими. Но сперва лиши ее намащений. Впрочем, употребляй для сего не страх и угрозы, а убеждения и ласки. Говори, что за это осуждают ее другие, и произноси свой суд и мнение, и чаще напоминай ей, что тебе не только не нравится такое украшение лица, а,
напротив, очень неприятно. Уверяй ее, что это весьма много огорчает тебя; что и самые благообразные женщины теряли от того красоту свою. Вразумляй ее таким образом, чтобы истребить ее страсть, но ничего не говори ей ни о геенне, ни царстве (ибо напрасно будешь говорить о сем), но уверь, что она и тебе более нравится в таком виде, в каком Бог сотворил ее, и другие люди не находят ее красивою и благообразною, когда она натрет и намажет лицо свое… И если много раз ты будешь говорить ей, и она не послушает тебя — и тогда не переставай повторять слов своих, впрочем, не со враждою, а с любовию, и иногда показывай как бы недовольный вид, а иногда ласкай ее и угождай ей. Тогда не увидишь более на теле ее ни обезображенного лица, ни кровавых (намазанных красною краскою) губ, ни бровей, очерненных сажею, как бы от прикосновения к очагу, ни ланит, подобных стенам гробов повапленных; ибо все это — сажа, прах, пепел и знак крайнего зловония. Будем переносить все слабости жен, дабы только исправить в них то, что хотим. Когда ты исправишь сей порок, то и другие легко будет тебе исправлять. Тогда ты можешь перейти к златым украшениям и рассуждать о них подобным же способом, и таким образом мало по малу вразумляя жену свою, ты уподобишься искусному, верному рабу и терпеливому земледельцу.»
Чтобы утвердить и навсегда сохранить нравственное влияние на жену, муж должен
начать образование ее с первого дня супружества и продолжать его при всяком
удобном случае. Во всех обстоятельствах жизни должен внимательно наблюдать за ее поведением, указывать ее обязанности и через исполнение их — путь к
нравственному усовершенствованию. Златоустый, вместе с общими наставлениями, представляет и образец поучений такого рода. Советуя мужу удалить из празднования брака все, что может оскорбить целомудрие девы, продолжает: «Удалив все сие, ты правильно сделаешь, если на долгое время соблюдешь стыдливость ее и не нарушишь ее скоро. Ибо хотя и нецеломудренна была отроковица, она станет
молчать долгое время, побуждаемая уважением к мужу, и новизной тех предметов с которыми она еще не свыклась». Какое время более удобно к наставлению жены, как не то, когда она еще уважает мужа, еще боится его, еще удерживается
стыдливостью? Тогда изложи ей законы и она будет повиноваться и по воле и по
неволе. Говори прежде о том, что касается до любви; ибо при убеждении ничто
столько не содействует к принятию наставлений, как уверенность, что их
предлагают с любовью и благосклонностью. Как же ты покажешь ей свою любовь? Если скажешь: «Имея возможность взять и богатую, и благородную, я не избрал их, а
полюбил твой образ жизни, твою честность, скромность, целомудрие.» Потом от сего переходи к словам любомудрия, говори о презрении богатств, но как бы мимоходом и вскользь. Ибо, если всю свою речь направишь к порицанию богатств, то покажешься тяжелым и скучным. Но когда найдешь к сему повод в том, что ее касается, это
будет ей нравиться. Итак, скажи: «Когда можно бы было мне жениться на богатой, я не решился. Почему? Не безрассудно и не необдуманно, но хорошо узнав, что
обладание богатством ничего не значит, и что его надобно презирать, я, оставив
его, склонился к добродетели твоей души, которую ценю дороже всякого золота. Ибо
дева мудрая, благонравная и ревнующая о благочестии, дороже всего мира. Потому я и склонился, и полюбил тебя, и ношу тебя в моей душе. Настоящая жизнь ничего не значит, потому молю и все сделаю для того, чтобы нам достойно пройти земное
житие, дабы могли мы остаться неразлучными и в будущей жизни. Настоящая жизнь кратка, изменчива, непостоянна. Если, угодив Богу, удостоимся перейти в ту
жизнь, то всегда будем в радости, вместе со Христом, неразлучно. Любовь твою я предпочитаю всему. Нет ничего для меня столь неприятного, как разномыслие с
тобою. Хотя бы мне надлежало потерять все, быть беднее всех, подвергнуться
тяжким бедствиям, и потерпеть что-либо, я все перенесу и перетерплю, только бы ты любила меня. И дети мне будут приятны, когда они будут залогом твоей любви.
Но и ты должна поступать так же.» Потом присоедини слова Апостола, что «Богу
угодно, дабы между нами была любовь. Послушай Писания: «Сего ради оставит
человек отца своего и матерь; и прилепится к жене своей.» Да не будет между нами никакого повода к распре; это для меня лучше богатств, толпы слуг и внешних
почестей.» Не лучше ли золота, не лучше ли сокровищ будут слова сии для жены? Не бойся, что она возгордится, будучи любимою, а смело уверяй ее в любви, и она еще более полюбит тебя. Если сделает что доброе, похвали ее, подивись ей; если же выйдет что нехорошее, что случается с молодыми женщинами, посоветуй ей, убеди ее. Порицай деньги и большие издержки. Научай ее украшаться тем украшением,
которое рождается от благонравия, скромности и честности. Постоянно учи тому, что нужно. Молитвы ваши не будут общими; пусть каждый идет в церковь, а из того,
что там читается и говорится, пусть муж спрашивает дома у жены, а жена у мужа.
Если угнетает бедность, укажи на святых мужей Павла и Петра, которые были в
большем уважении, чем цари и богачи. Покажи как они вели жизнь в гладе и жажде.
Научай ее, что в этой жизни страшно только одно — оскорблять Бога. Если хочешь
сделать обед или пиршество, не зови того, кто известен благочестием, кто мог бы благословить дом ваш и своим входом низвести на него благословение Божие.
Искореняй из ее мысли слова «мое, твое». Если скажет она: «Это мое», скажи ей:
«Что такое твое? Я не знаю этого, я не имею ничего собственного. Как же ты
говоришь «мое», когда все «твое.» Эти слова не ласкательства, а великой
мудрости. Таким образом ты можешь утишить гнев ее, удалить из души ее огорчения.
Не безрассудно говори с нею, но с ласкою, с уважением, с любовью. Почитай ее и она не будет иметь нужды в почете других. Она не будет иметь нужды и в славе от других, если будет пользоваться уважением от тебя. Учи ее страху Божию и все
потечет как из источника, и дом ваш будет изобиловать благами.