ГЛАВА 17. ОТРАЖЕНИЕ ИНСТИТУЦИОНАЛИЗМА В ЕВАНГЕЛЬСКОЙ ЦЕРКВИ

Феномен поражения институционализмом, проявляющийся в евангельской церкви в последней четверти XX века, уникален. В некоторых отношениях он отличается от любого другого институционализма, имевшего место в любом историческом периоде прошлого.

Конечно, современней институционализм имеет много общего с любыми его проявлениями в прошлом. Что-то общее есть всегда в любом проявлении институционализма.

Однако, как мы только что отметили, в данном случае есть некоторые уникальные элементы, и главным из них является наша библейская ортодоксальность. Но возможно ли, чтобы те, кто верит в Библию, как в Слово Божье, и правильно проповедует другим, сами стали жертвами институционализма?

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПРОБЛЕМ

1.     То, что является нашей величайшей силой, создает и величайшие наши проблемы. Наибольшее преимущество, которым обладает евангельская церковь, — это ее приверженность Библии, как к окончательному авторитету в вопросах веры и жизни. Хотя и существуют определенные расхождения в некоторых областях богословия, большинство евангельских верующих несмотря на популярность движения библейской ошибочности сходится в мнении относительно того, что Библия является боговдохновенным и непогрешимым Словом Божьим.

Именно это помогает сохранять историческое христианство. Всякий раз, когда церкви или группы отклонялись от этого основополагающего положения, по свидетельству истории, они уходили в сторону от учения Священного Писания об Иисусе Христе, о спасении и от других фундаментальных библейских доктрин.

Наша доблестная борьба против уклонения в либерализм в начале XX века помогла сохранить основы нашей веры. Это положило начало сильному евангельскому вероучению, отличающемуся своей респектабельностью и мудростью.

Однако что-то произошло в наших церквях, строго придерживающихся библейского учения. Подчеркивая, что Библия истинно является Словом Божьим, а также оставаясь приверженцами доктринального учения, мы уделяли особое внимание изучению Библии и передаче полученных знаний другим. И это стало главной целью многих евангельских церквей, и это тоже очень хорошо.

Вместе с тем прояснилось нечто другое. Во-первых, для достижения нашей цели мы начали подготавливать людей, которые могли бы учить других библейским истинам. Возникли евангельские учебные заведения, сначала библейские институты, затем колледжи и семинарии, в которых молодым мужчинам и женщинам преподавали истины, изложенные в Священном Писании, и учили их передавать полученные знания другим.

Во-вторых, люди, получившие в них духовное образование, пошли в поместные церкви и стали там учить членов церкви тому, чему они сами научились. Многие стали толкователями (своего рода «маленькими профессорами») и рассматривали членов церквей как своих «студентов». На утренних и вечерних воскресных богослужениях, а также на богослужениях среди недели в воскресной школе люди слушали объяснения нескольких мест Писания или библейских истин. В 20-ые и 30-ые годы, когда у людей был голод на Слово Божье, недоступное с церковных кафедр, это было свежим ветром,4подувшим прямо с неба.

Однако начала назревать и проблема. Многие рядовые члены были ревностными «слушателями». Но у них не было большой возможности для общения с другими членами тела Христова, а также для проявления истины Слова Божьего в своей личной жизни. Во многих церквях нормальное функционирование тела Христова было заменено учением, проводимым талантливыми индивидуумами.

К счастью, молодые пасторы усвоили то, что преподавали им в учебных заведениях, и смогли это передавать другим, превратив свои церкви в миниатюрные библейские школы и семинарии. Однако в большинстве случаев те, кто их слушал, хотя и воспринимали их учение, не могли передавать его другим.

В-третьих, структура церквей часто приспосабливалась для проведения библейских учений. Церковное помещение часто превращалось в своего рода «лекционный зал», а учебные помещения — в академические центры. Произнесение хорошо подготовленных проповедей (или: иными словами, библейских лекций) стало главным средством изучения Слова Божьего.

Таким образом придавание особенно важного значения авторитету Библии и важности изучения и передачи- истин изложенных в ней, привело к тому, что некоторые евангельские верующие перестали обращать должное внимание на другие важные вопросы. Как мы уже подчеркнули, изучение Слова Божьего является основой духовного роста. Однако нуждаются ли христиане еще в чем-нибудь для духовного роста? Каково воздействие Нового Завета на функционирование тела Христова для его духовного роста? Как может каждый член тела Христова принимать участие в этом процессе, если он «вынужден» сидеть в зале и слушать поучения одного человека? В таком случае просто отсутствуют возможности для взаимного служения.

А какова новозаветная обстановка, которая усиливает койнония, это уникальное братство, при котором христиане несут бремя друг друга и таким образом исполняют «закон Христов»? В каких структурных формах нуждаются наши церкви для достижения целей, о которых сказано выше?

И что можно сказать об уникальном новозаветном поклонении Богу и взаимном общении с Ним верующих, которые были признательны Богу и с уважением относились не только к Его Слову, но и к своим собратьям по вере? Что могут предложить наши «богослужения» и «молитвенные собрания» для истинного поклонения Богу?

Во многих церквях отсутствует сбалансированный подход к новозаветному духовному опыту, что приводит к особому увлечению изучением правильных доктрин, приобретению библейских знаний и пренебрежению другими духовными нуждами для духовного роста членов церкви. Вполне очевидно, что мы движемся в сторону хотя и библейской, но стерильной ортодоксальности, к тому же очень опасному направлению, ведущему к институционализации религии. Одна верующая как-то сказала: «Я всегда отмечаю в моей Библии то, о чем проповедуется на каждом собрании, и хорошо знаю Библию, однако в моей жизни чего-то не хватает. Что-то не в порядке с моим христианским опытом».