Синай или Голгофа?

Иоанн де Геер

СИНАЙ ИЛИ ГОЛГОФА

Личное свидетельство и доводы голландского проповедника Евангелия и исполнителя духовных песен начала 1900-х годов

Оглавление

I. Как я сперва стал адвентистом, а затем освободился от этого учения
II. Современное фарисейство
III. Некоторые подробности об адвентистах
IV. Важнейшие положения в учении адвентистов
V. Организация адвентистских общин
VI. Приемы пропаганды у адвентистов
VII. Адвентисты есть «старый мех для нового вина»
VIII. О заповедях Божиих
IX. Подлежат ли изменению заповеди Божии?
X. Христос на рубеже древнего и нового домостроительства Божия
XI. Закон и благодать
XII. Может ли живая жена быть в супружестве с умершим мужем?
XIII. Смотрящие чрез покрывало видят вместо жизни смерть
XIV. Счет, оплаченный на кресте, украден и вновь предъявлен к оплате
XV. Что сказать о том, кто, едучи в повозке, одной ногой бежит по дороге?
XVI. Почему вы боитесь тени?
XVII. Суббота для человека
XVIII. Чем суббота была для Израиля?
XIX. Иисус и суббота
XX. Новый Завет не знает заповеди о субботе
XXI. Почитание субботы в теории и практике
XXII. О духовном значении субботней заповеди
XXIII. Суббота и пророчества
XXIV. Печать Божия и начертание зверя
XXV. Проповедуй Евангелие!
XXVI. Градусник определяет температуру, но не излечивает болезнь
XXVII. Жизнь христианина основана на факте воскресения Иисуса Христа
XXVIII. Первый день недели в Новом Завете
XXIX. Первый день недели в Ветхом Завете
XXX. День Господень: бесконечная цель живых свидетелей

I. Как я сперва стал адвентистом, а затем освободился от этого учения

В начале 1896 г. меня с женою постиг тяжелый удар: Господь взял у нас горячо любимого ребенка, нашу пятилетнюю дочь. Неисповедимы пути Господа, Который послал нам это испытание, чтобы удержать нас от пути погибели, на который мы было вступили.

В поисках утешения и примирения мы пришли в соприкосновение с адвентистами, о которых раньше ничего не слыхали, да и на первых порах знакомства с ними мы еще не знали названия секты. Позднее мы поняли, что такое замалчивание адвентистами своего имени составляет хорошо обдуманный тактический прием. По неопытности и молодости лет мы душою расположились к нашим новым знакомым, отличавшимся строгостью жизненных правил, начитанностью в Св. Писании и, в особенности, восторженным ожиданием пришествия Господня, обязывающего всякого верующего исполнять волю Божию.

Раньше мы жили, следуя голосу плоти и исполняя свою волю; поэтому, когда жажда праведности проснулась в наших душах, и мы встретились с адвентистами, то радостно и сердечно сблизились с ними и стали их последователями. Через некоторое время по нашем вступлении нам было объявлено, что для точного исполнения воли Божией мы должны свято чтить субботний покой, начиная с вечера пятницы и до заката солнца в субботу. Требование это меня вначале испугало и немало охладило только что воспринятую радость о прощенных грехах; я советовался по этому вопросу со знакомыми из верующих, но обстоятельного опровержения адвентистского учения о субботе я от них не услышал.

Помнится, в июне 1896 года, после долгих колебаний мы решились с женой приступить к исполнению этой заповеди Божией и строго блюсти субботний покой. Однако радости и удовлетворения это решение нам не принесло, и мы принялись с тупым равнодушием исполнять всякого рода предписания и обряды: «не прикасайся», «не вкушай», «не дотрагивайся» (Кол.2:21). Назвавшись грибом, пришлось лезть в кузов и изучить всю азбуку адвентистских правил в предположении, что находишься на истинном пути.

Прежняя чистая радость общения с Христом сменилась чувством довольства собою, как после хорошо исполненных уроков, перешедшим постепенно высокомерие и сознание своего превосходства над прочими христианами, не принадлежавшими к секте. Читая Св. Писание через адвентистские очки, я всюду находил в нем предписание о субботе. Где говорилось о законе, заповеди, воле Божией, послушании — я разумел одно и то же: суббота, суббота! Ревность моя в соблюдении субботы доходила до того, что я уклонялся даже от получения в этот день почты, доставляя этим излишние хлопоты окружавшим меня; я усердно всюду и кому мог проповедовал учение адвентистов, убеждая воздерживаться от всякого рода труда в субботний день; служащим моего книжного дела я воспретил всякую работу по субботам, и старательно вел свою деловую переписку так, чтобы не писать, не получать писем в последний день недели; но часто к огорчению своему убеждался, что расчеты мои не всегда оправдывались.

Конечно, иногда возникали сомнения относительно правильности такого отношения к субботе, но всякий раз я подавлял в себе эти сомнения, считая их тяжким грехом. Однако, когда в 1901 году в Роттердамской общине субботников группа братьев усомнилась в правильности толкования некоторых текстов Святого Писания, а последовавшее затем расследование полностью эти сомнения подтвердило, осмелился и я с молитвой и смирением подвергнуть критике празднование субботы. Первоначально я один на один повел спор свой с Богом, и Библия была единственным моим советчиком и руководством. Но так как деловые мои отношения и личная жизнь были уже приложены к празднованию субботы, то я надеялся, что, отвергая его в теории, смогу еще остаться при внешнем его соблюдении.

Желая избежать возможных ошибок и одностороннего решения, я предложил собравшейся у меня группе убежденных субботников обсудить мои сомнения. Это собрание имело для меня решающее значение. Оно открыло мне глаза, показав произвольность толкования и шаткую обоснованность субботничества, всецело построенного на Ветхозаветных предписаниях. Продолжая хранить субботний покой в своей личной жизни, я стал уклоняться от посещения наших собраний и усердно изучал Св. Писание. Постепенно свет стал проникать в темницу, в которую я себя добровольно заключил, и душа моя впервые ощутила драгоценное чувство свободы. Великий подвиг Спасителя явился мне во всем своем несказанном и ослепительном сиянии. В декабре 1902 года мы с женой официально порвали с адвентистами, с которыми годами делили радость и горе. Среди них мы встретили не только самодовольных ревнителей, но и немало милых, бесхитростных братьев, с которыми близко сошлись и подружились.

Так как я не делал тайны из моей принадлежности к секте, что было известно в деловых кругах, с которыми я соприкасался, то мне пришлось выпустить объявление, поясняющее причины, по которым моя торговля впредь будет открыта и по субботам. Это объявление, изданное в виде небольшой брошюрки, многим открыло глаза на заблуждение субботников. С тех пор прошло много времени, брошюрка давно распродана, требования же на нее продолжали поступать; поэтому мне постоянно приходилось в словесных докладах и многочисленных письмах излагать свою точку зрения, а чтобы облегчить себе этот труд, я решил переиздать названную выше брошюру. Основанием этого решения было желание объяснить мое личное отношение к субботничеству; я полагаю, что смогу быть полезен для многих, если изложу свои соображения, несколько расширив их и выпустив в свет с молитвою.

II. Современное фарисейство

Господь Иисус, придя в мир, чтобы взыскать и спасти погибшее, нашел вождей еврейского народа разделенными на три партии: саддукеев, материалистически настроенных и мало интересовавшихся вопросами потусторонней жизни; иродиан — политическое сообщество, стремившееся религию подчинить интересам политики, и фарисеев, видевших спасение в строгой набожности и точном исполнении закона.

Последние особенно досаждали Господу Иисусу при земной Его жизни и были главными виновниками Его крестной смерти. Повсюду сопровождали они Его, подслушивая и подсматривая, чтобы установить Его отношение к субботнему покою. Их приверженность к мертвой букве закона угашала в них начатки истинной духовной жизни, поощряя бессердечное отношение к ближнему.

Фарисеи были глухи к восприятию евангельского учения Иисуса, слепы к Его чудесам и невосприимчивы к исходившим от Него благословениям. Но за соблюдением субботы они следили зорко и ревниво.

Строгое хранение этой заповеди составляло в их глазах верх праведности, а неуважение к ней верх нечестия и безбожия. Узкое соблюдение закона привело их к решению убить Иисуса, как нарушителя субботы (Иоан.5:18). Фарисеи твердо держались убеждения, что всякий, не соблюдающий субботы, есть богохульник. Ни великое явление на землю Сына Божия, ни могущественное откровение Духа Божия в чудесах и знамениях не имели в их глазах значения. Более того, в своем ослеплении они зашли так далеко, что сочли Иисуса Христа рабом сатаны и даже, в нарушение всех заповедей, во имя субботы распяли Господа и истинного Исполнителя субботней заповеди.

По прошествии 18 веков Церковь, Тело Христово, обновленная Духом и пробужденная от сна, яснее нежели когда-либо прежде прониклась сознанием своего истинного призвания. Минувшее столетие отличается особым развитием миссионерского служения, но наряду с этим явлением наблюдается возрождение древнего фарисейского духа в тех людях, которые вместо спасения своих ближних трудятся над восстановлением древнееврейского почитания субботы. При этом они стараются всякому, с кем соприкасаются, внушить, что без святости субботнего покоя бесполезна проповедь и работа на ниве Божией.

Субботники не хотят признать великих благодеяний, явленных человечеству реформацией Лютера, слепы они также и к откровениям Духа Божия в наши дни. Всех отвергающих поклонение субботы адвентисты причисляют к грешному Вавилону и считают обреченными гневу суда Божия. При этом они ищут последователей своего учения не столько среди необращенных, сколько в общинах и церквах, среди верующих.

III. Некоторые подробности об адвентистах

Название «адвентист» происходит от слова «адвент», что по латыни означает «пришествие». Адвентисты, следовательно, — люди, ожидающие пришествия Господа. Но в отличие от прочих христиан, живущих также в этом блаженном чаянии, эти «адвентисты» зовут себя точнее «адвентистами седьмого дня», так как празднуют субботу, как седьмой день недели. Ограниченные размеры этой брошюры лишат меня возможности подробнее изложить историю этой секты. Скажу лишь, что «адвентисты седьмого дня» мало чем отличаются от современных субботников. Кроме адвентистов, мы знаем еще и баптистов «седьмого дня», но особо деятельной пропагандой субботнего покоя отличаются вышеназванные адвентисты.

Назовем выдающихся руководителей этой секты.

1. В. Миллер, родившийся 15 февраля 1782 года в Питсфильде, является основателем секты. Обратившись на 34 году, он посвятил себя ревностному изучению Св. Писания, в особенности книг пророческих. Он не избег ошибки, в которую впадали многие до и после него, а именно занялся исчислением дня пришествия Господа на основании имеющихся в Библии цифровых данных. Так, по данным из Дан.8:14 и 9:24 он вычислил, что страшный суд и пришествие Господа состоится в 1843 году. В то время он не принадлежал к какой-либо церкви и свободно проповедовал с 1831 года, а с 1833 посвятил себя евангелизации среди широких кругов населения. Все церкви, кроме римско-католической, предоставили ему свободу слова, и число обращенных им было значительно. Движение росло. Упоминаемые у Даниила 2300 вечеров и утр (8:14) В. Миллер счел за годы и повел их счисление от 457 года до Р.Х. (Дан.9:24).

Согласно этому счислению Миллера, пришествие Господа должно было состояться между 21 марта 1843 и 21 марта 1844 года, вероятнее всего, в октябре. Когда же прошли эти сроки и пришествие Христово не состоялось, адвентисты внесли поправки в свое счисление, пользуясь еврейскими данными, и определили срок на 22 октября 1844 года. Многие субботники ликвидировали свои дела и обратили свои средства на распространение листовок и брошюр о приближении страшного суда. Но миновал и новый срок. Тогда возникли сомнения в правильности этих расчетов, и многие ушли из секты.

Последователи Миллера, оставшиеся ему верными, раскололись на несколько толков; баптисты с ним окончательно порвали и не принимали его сторонников в свою среду. Миллер умер в 1849 году; проповедь его, нетерпимая, узкая и противная смыслу Матф.24:36 не принесла положительных плодов, а жизнь его угасла без проблеска духовного возрождения. Он был лжепророком (Втор.18:22). Однако, хочется верить, что заблуждения его были искренни, что вытекает из следующей выдержки его писем: «После того, как предсказание о пришествии не оправдалось, я открыто сознал ошибочность моих исчислений; и был бы неискренен, если бы не признался в этом. Я не верю более в правильность пути, по которому пошло наше движение (адвентизм) и в его толкования Слова Божия».

2. Г-жа Елена Уайт. После несбывшихся ожиданий 1844 года в Вашингтоне появилась некая мисс Престон, баптистка, и вскоре перешла в секту адвентистов. Она и еще Г. Батес много усердствовали, привлекая сторонников в секту субботников. Последний убедил сделаться исповедницею этого учения некую г-жу Уайт — обстоятельство, имевшее для судьбы адвентизма большое значение.

Можно смело сказать, что именно в то время родился современный адвентизм, и что г-жа Уайт была его духовной матерью.

Родившаяся в 1827 году Мисс Элен Гармон в 1844 году была слабой, малоразвитой и с признаками чахотки 17 летней девочкой.

В 1846 г. она вышла замуж за мистера Уайта, одного из учеников Миллера; года за два до замужества ей было видение, с которого начались ее предсказания и свидетельства, имевшие большой вес и значение для ее единомышленников — адвентистов. Она умерла в 1917 году. Свои свидетельства и писания она считала продиктованными ей Самим Богом, называя их лучами света, исходящими от престола Божия. И, действительно, многие ее сторонники приравнивают свидетельство ее словами Св. Писания, даже ставя их выше, благодаря их, якобы, современности.

В уставе «Международного Миссионерского Общества», являющегося лишь ветвью адвентизма седьмого дня, параграф 2-ой гласит: «Цель М.М.О. является распространение благовестия в духе Св. Писания и свидетельств г-жи Е. Уайт».

А в параграфе 4-ом сказано: «От вновь поступающих членов требуется: вера в Св. Писание, как слово Божие, и в дух пророчеств, изложенных в свидетельствах и писаниях г-жи Уайт». Из этого видно, что для ревностных адвентистов слова г-жи Уайт равнозначащие со словами Св. Писания. Видения ее сопровождались припадками, короткими обмороками, от которых она оправлялась, произносила непонятные слова, находясь в состоянии экзальтации.

В таком состоянии она проявляла необычную физическую силу; вообще слабая и тщедушная, она могла держать в одной руке тяжелую 16 фунтовую Библию, другой рукой перелистывать страницы и с закрытыми глазами читать места, по которым водила пальцем. Часто в таком состоянии она рассказывала о разных чудесах, которые она видела в небесах.

Вместо того, чтобы присоединиться к признанию Миллера о том, что исчисление срока пришествия Господа было ошибочно, гжа Уайт утверждала, что ей было видение от Бога, открывшего ей Свое предопределение, касающееся 1843 года: рука Божия скрывает до времени ошибку в цифрах этого исчисления. Таким образом, гжа Уайт содействовала утверждению заблуждения; уверяя, что исчисление срока 22 октября 1844 года было верно, ошибка же была в приурочении к нему иного события нежели то, какое должно было совершиться.

А именно: Иисус Христос в этот день имел не на землю сойти, а вступить в небесное святилище. Позднее появилось еще толкование, что Иисус Христос в 1844 году не мог придти потому, что христиане нарушили четвертую заповедь (по еврейскому исчислению Исх.20:8-11 это заповедь о субботнем покое). В видениях своих гжа Уайт обнаружила, что будто бы святилище, которое согласно пророка Даниила будет поругано, обретается не на земле, но на небе, и что очищение, имеющее наступить в конце 2300 дней (годов), относится к святилищу небесному. Очищение преследует цель окончательно вычеркнуть из книги жизни грехи, хотя и искупленные, но в ней значащиеся. Отражением этого очищения является примирение на Израиле.

Иначе говоря, г-жа Уайт перенесла решающий момент искупления рода человеческого с Голгофы на 1844 год Р.Х. и чрез это умалила значение последних слов Господа Иисуса Христа «Свершилось».

В отношении исчисления срока сам изобретатель его, Миллер, признал свое заблуждение, а что касается до исправлений, предпринятых г-жой Уайт, то всякий, кто без предубеждения прочтет Евр.9:24-28, не может не признать их ошибочными. Христос воссел одесную Отца, дело Свое Он совершил (Евр.1:3; 8:1; 10:12, 2). И вот, на этом исчислении, которое сам его изобретатель признал ошибочным; на ложном толковании дня очищения основывается весь адвентизм и субботники.

Священник Канрайт, бывший в течении 28 лет проповедником у адвентистов, написал немало опровержений их учения, которые, конечно, ими признаются беспочвенными и ошибочными.

Ради полного беспристрастия примем его опровержения с известными ограничениями. Так, он, отдавая должное нравственным качествам г-жи Уайт, находит, что видения ее часто сопровождались самообманом и преувеличениями; врачи, ее пользовавшие, находили у нее признаки истерии и неполной вменяемости. Очень многое из предсказанного ею не сбылось, так, например, относительно гражданской войны в Америке. Она, как и Миллер, несомненно, принадлежит к разряду лжепророков, о которых говорит Втор.18:22.

Будучи весьма мало образованной, она пользовалась для записи своих видений помощью мужа, который был учителем. Она диктовала ему, а он редактировал и, если нужно, переделывал. По словам того же Канрайта, она целые строчки вычищала резинкой или зачеркивала. В этом не было бы беды, если бы она не выдавала свои писания за слова Самого Господа, а непринятие их считала восстанием против Бога. Эти переделки или вставки в ее писаниях вызывали у многих сомнения в подлинности и божественности ее откровений и видений.

Большинство писаний г-жи Уайт являются выдержками из чужих сочинений. Проповедник Циммерман, ушедший из секты, пишет про нее так: «Эта пророчица утверждает, что всякое слово свое она произносит по вдохновению свыше; но мне лично известно, что от многого ею сказанного или написанного она отказалась». В оправдание ее защитники говорят, будто ее писания не являются непосредственным вдохновением, но что она получает откровения в видениях, чтобы предупреждать и охранять секту. Сын ее, спрошенный на одной конференции в Вашингтоне, знает ли он, что свидетельства, произносимые его матерью, действительно являются вдохновениями свыше, пожал плечами и сказал, что не может дать положительного ответа. Может быть, последователи г-жи Уайт еще преувеличили ее утверждения, но несомненно, что от членов секты буквально требуется верить как в Библию, истинное Слово Божие, так и в дух пророчеств, изложенных в свидетельствах г-жи Уайт.

IV. Важнейшие положения в учении адвентистов

Наряду с вышеизложенными ложными представлениями о «святилище в небесах» адвентисты толкуют значение трех ангелов в 14-ой главе Откровения. Слова первого ангела (ст.7) «убойтесь Бога и воздайте Ему славу, ибо наступил час суда» должны по учению адвентистов означать очищение святилища и относятся ко всем умершим со времен Адама. Голос второго ангела (ст.8) имеет отношение к церквам, которые по примеру Римской церкви чтят воскресный день. Призыв третьего ангела (ст.9) адвентисты обращают в приговор от своего имени над всеми, кто принял начертание зверя, т.е. чтит воскресный, а не субботний отдых.

Главу 13 Откровения адвентисты толкуют так: первый зверь — Рим; второй — Америка. Под Вавилоном главы 17 и 18-ой Откровения они разумеют все церкви, кроме своих адвентистских общин. Стихи 8-11 главы 11-ой Откровения адвентисты считают пророчеством Даниила, которое якобы прямо обращено к Миллеру и его последователям. Ошибки 1844 года вместе с их печальными последствиями, по их мнению, предсказаны в стихе 9-ом: «она будет горька в чреве, но в устах твоих будет сладка, как мед» и в стихе 11-ом: «Тебе надлежит опять пророчествовать».

«Адвентисты седьмого дня» весьма резко выступают против всех церквей. Подобно римской церкви и секте мормонов, они лишь свое учение считают единственным путем ко спасению. Противно евангельской заповеди (Мар.9:38-40) адвентисты объявляют проклятие всем, противящимся вступлению в их секту.

Ни во что не считают они таких великих столпов веры, как Лютер и Кальвин, Муди и Сперджен, Георг Мюллер и прочие, и отвергают их только потому, что они не были почитателями Субботы. Служение Богу и добрые дела не имеют значения, если они не совершены одним из их последователей.

Г-жа Уайт по своему желанию крестилась чрез погружение в морской воде; поэтому ее последователи придерживаются крещения погружением, хотя у адвентистов, как и у методистов, допускается крещение также окроплением. Преломление хлеба у них часто сопровождается омовением ног и братским целованием. На содержание проповедника с членов общин взимается десятина. Адвентисты не верят ни в бессмертие человеческой души, ни в адские муки; по их убеждению безбожники, умирая, просто исчезнут, верующие же, т.е. адвентисты, после смерти переходят в состояние сна и бесчувствия, от которого пробудятся с пришествием Господа.

Приводим здесь лишь основные положения их веры, не вдаваясь в критику.

Может быть, в Америке адвентисты с большим успехом вербуют своих сторонников, но у нас, в Голландии, результаты их стараний ничтожны. Иные из них, более адвентисты умом, нежели сердцем, пожалуй, сумеют обратить кое-кого к вере в Иисуса: но, поступая последовательно и в согласии со своим учением, адвентисты не могут верить в спасение грешников. Сам Миллер в 1844 году писал в своем журнале, что «Бог закрыл двери для грешников», а г-жа Уайт в своем издании «Современная Истина» говорит: «Сопровождавший меня Ангел побуждал меня обратить внимание на дела полезные для спасения грешников, но я таких не нашла, так как время спасения их прошло. Дух Иисуса Христа и Его милосердие отошли от земли, поэтому и наше сострадание миру должно прекратиться».

В 1850 году муж ее, Джеймс Уайт, в том же издании написал следующее: «Бог продолжает быть милостивым к Своим святым, но на грешников милосердие Его не распространяется после того, как Иисус в 1844 году покинул святилище и закрыл дверь». Если на деле многие из адвентистов поступают отлично от этих правил, то все же верят и живут они согласно с их учением об освящении. В 1844 году по их расчетам наступил срок великого примирения с Богом, и на кого примирение тогда не распространилось, тот подлежал уничтожению. Поэтому приходится вывести заключение, что или учение их хромает, или же попечение о грешниках надо оставить и ограничиться заботами о верующих, еще пребывающих в Вавилоне — мире и стремящихся выйти из него. Это учение об освящении приводит последователей его к тому, что главное внимание обращено на исполнение предписаний, а не искупительный подвиг Христа.

Адвентисты относятся к остальным христианам с ожесточением, без любви, по следующим трем причинам.

1. Букве закона они отдают предпочтение пред духом его.

2. Неизменяемость Бога они видят не в Его сущности, а в форме Его закона.

3. Они не видят существенного различия между отдельными эпохами: от Адама до Моисея — жизнь протекала без закона; от Моисея до Христа — под законом; после Христа под благодатью, свобода от закона.

V. Организация адвентистских общин

До 1853 г. адвентисты не составляли организованного общества; около этого времени, следуя призыву: «выйди, народ мой выйди из Вавилона» около 50 000 адвентистов организовались в общины; с 1858 года введено взимание так называемой десятины в пользу проповедников, что немало способствовало укреплению организации. В 1863 году приняты различные правила, которых обязаны были держаться члены общин. Так запрещены: курение табака, спиртные напитки, свиное мясо; позднее последовали еще добавочные ограничения в виде запрета носить драгоценные украшения, употребление кофе, чая и мяса вообще. При этом уместно привести, как образец «основательности» видений г-жи Уайт, следующий случай: в 1858 г. в видении явился ей один из братьев, протестовавший против употребления в пищу тогда еще не воспрещенного сала. Пророчица призвала к себе брата и приказала ему оставить мудрствования и есть сало. Но в 1863 г., пять лет спустя, дух открыл ей в видении, что сало в пищу употреблять не следует.

В начале адвентисты появились в Америке, но в 1874 году они открыли миссию в Швейцарии, в 1875 году пятеро адвентистов крестились в Золингене (Германия), а в 1885 году г-жа Уайт совершила поездку по Европе.

С 1889 года во главе движения в Германии стоит энергичный Л. Р. Конради, хороший организатор и выдающийся оратор. Под его руководством учреждены санатории, школы, библейские курсы. С его появлением деятельность адвентистов оживилась в Европе, книгоноши распространяют хорошо изданную литературу, отпечатанную в типографиях секты, что приносит приличный доход, дающий возможность поддерживать тех своих членов, которые из-за соблюдения субботнего покоя лишились заработков. В преследовании своих целей адвентисты неразборчивы, придерживаясь лозунга, что цель оправдывает средства. Поэтому и книгоноши этой секты обычно скрывают свое истинное лицо, выдавая себя за представителей какой-нибудь благотворительной или просветительской миссии, и наряду с изданием «Знамение времени» они охотно предлагают писания о пророке Данииле, Откровении и др. Вступать с этими людьми в споры о библейских текстах не следует. Книгоноши адвентистов обычно хорошо знают нужные для пропаганды тексты, и не всякий может выдержать с ними спор, и лишь собеседник, познавший дух Библии, может рассчитывать на победу, которой за ним, однако, противник его не признает. В Америке секта делится на несколько толков, не менее дюжины. Расходятся во мнениях: который из дней «недели: первый или седьмой является важнейшим; о вечном суде Божием; о бессмертии души; о разных учениях г-жи Уайт и пр. В Германии и Голландии после войны также заметен раскол внутри секты. Перед войной Суббота столь свято чтилась, что участники ее отказывались посылать по субботам детей в школы, а солдаты не хотели нести в этот день службы. В городе Ганновере адвентисты единодушно взяли детей своих из христианских школ и определили их в еврейскую.

Перед войной адвентисты из наиболее стойких немало претерпели в Германии; так некто Науман был приговорен к тюрьме на 5 лет, и его упорство создало ему в секте ореол героя; однако впоследствии он раскаялся и признался, что напрасно пострадал за собственные заблуждения.

Брошюры и трактаты адвентистов постоянно призывали находящихся на военной службе братьев быть стойкими в борьбе и не уступать. Но грянула война и совет старшин в Гамбурге дал разрешение солдатам-адвентистам защищать отечество и в субботу. (Подробнее об этом будет сказано ниже). Однако многие из наиболее ревностных и непреклонных адвентистов не согласились с такой уступчивость Гамбургских братьев и, отделившись от них, образовали особую секту «старо-адвентистов», называя сторонников гамбургцев «отпавшими адвентистами военного времени».

Согласно отчету за 1918 год во всей Голландии было около 365 адвентистов. Пропаганда хотя и привлекает новых членов, но очень незначительно повышает численность секты, т.к. очень многие, пробыв в ней несколько лет, отрезвляются и уходят, убыль же пополняется новыми, так что общее число адвентистов остается почти без изменения.

Есть, конечно, среди адвентистов люди честно мыслящие, стремящиеся лишь к тому, чтобы добросовестно исполнять заповеди Божии. Не имея радости и удовлетворения от исполнения адвентистских законов, они не решаются отречься от поклонения субботе. Им внушено, что суббота есть знамение Божие, начертанное на 144 000 праведников согласно Отк.7, в противоположность воскресенью, являющемуся начертанием зверя и причиною излияния семи казней. Впрочем знанием Св. Писания и готовностью жертвовать адвентисты превосходят многих христиан, для которых они могут служить примером честной и нравственной жизни.

VI. Приемы пропаганды у адвентистов

Как я уже сказал, книгоноши адвентистов и их проповедники выступают обычно под каким-нибудь чужим флагом, прикрывая им свой товар. Поступают они так не столько из побуждений обмануть, сколько основываясь на ошибочном толковании текста «будучи хитр, лукавством брал с вас» (2Кор.12:16). Так, например, к вам приходит однажды некто от имени «благотворительной миссии», вы вступаете с ним в разговор, а по уходе его, купив у него несколько книг, вы и не подозреваете, что у вас был книгоноша адвентистов. Так они обычно распространяют свою литературу, прикрываясь флагом какой-либо миссии. В 1910 году в городе Гаага временно расположилась «Нидерландская палаточная миссия», пользовавшаяся вниманием населения. Адвентисты также поставили свою палатку.

На это у них было право, но хуже было то, что они устроили сбор для «Палаточной Миссии», не указывая подробнее для какой? Таким путем им удалось уловить немало лепт, для них не предназначавшихся. Так же действуют они и в проповедях своих. Слушателю преподносят тексты и пророчества, в которых ничего нет о благодати и милости Божией, но постоянные повторения о законе и заповедях. Обычно в начале проповеди затрагиваются животрепещущие вопросы бытия, а конец ее всегда один и тот же: Суббота! Многие проповедники достигли чрезвычайной ловкости в этом отношении. Так, один из них в Германии держал речь о страшном суде. Рядом с ним на доске прикреплена страница из книги, на которую направлен искусственный свет — она должна изображать «книгу жизни». На этой странице все могут прочесть имя: Вильгельм Шмидт… Проповедник говорит слушателям: «Вы, может быть, в первый раз услышите сегодня истину о страшном суде; в небесах читают имена умерших, называют Вильгельма Шмидта… Голос спрашивает, исполнил ли он заповеди Божии? Ответ гласит: «Нет, он принял начертание зверя». — «Тогда вычеркни это имя из книги жизни». И в этой момент ловкий проповедник выключает свет, падавший на страницу, и имя Шмидта погружается во мрак и оказывается как бы вычеркнутым из книги жизни. Среди слушателей возникает беспокойство и страх, а в результате вступление несколько новых членов в секту обеспечено.

Один американец рассказывает о таком же маневре адвентистов в Америке. После ежедневных проповедей в течение недели было объявлено, что в субботу собрания не будет, а по заходе солнца можно будет делать покупки и прочие житейские дела. Участники собрания этому поверили. Вечер был посвящен хозяйственным делам, но большинство и не предполагало, что под видимостью наружного покоя утром происходило закрытое заседание вождей адвентизма. Посещаемость собраний к концу недели постепенно падала: это объясняется тем, что проповеди и речи обращены исключительно к разуму, ничего не давая сердцу, а искупительному подвигу Иисуса Христа вовсе не отводится места.

По окончании такой евангелизационной недели обычно к присутствующим обращены просьбы о пожертвовании «десятины», предназначаемой для содержания учреждений и проповедников, которым живется иногда лучше, нежели самим жертвователям.

Готовность жертвовать для руководителей служит мерилом духовной зрелости членов общин. Каждый приносит свою жертву в закрытом конверте, сумма вложенных денег аккуратно заносится в книгу с пометкой имени жертвователя. Платящий мало обычно играет лишь скромную роль в жизни общины. Через это, конечно, весьма умаляется благодатное действие жертв. Проповеди субботников обычно не касаются Евангелия, а где мало отводится места свидетельству о благодати, там слабо клеймится и грех. Господь Иисус, говоря о грехе, разрешает вопрос о скрытой и таящейся в сердце человека неправды, выводя ее на свет. Нельзя сказать, чтобы адвентисты были равнодушны ко греху или потворствовали ему, но все прочие грехи застилает перед ними самый большой в их глазах грех — не почитание субботы. Это величайший грех, который навлекает на себя суд Божий.

Касаясь слов Иисуса Христа «входите узкими вратами», они обходят молчанием их смысл, но зато стараются особо подчеркнуть слова «творящий волю Отца Моего». Суббота! Жалки проповедники, изо дня в день выступающие с подобными речами!

VII. Адвентисты есть «старый мех для нового вина»

Большинство адвентистов, взятые отдельно, ревностные, добросовестные люди; но поражает в них отсутствие тихой радости, бывающей у человека от сознания в себе Духа Святого. Помню, во времена моего субботничества, с каким усердием я соблюдал заповеди Божии и как боязнь в чем-либо не исполнить их оставила меня, как только я решился присоединиться к почитанию субботы. Но радости мне это решение не принесло. Многие проповедники это отсутствие радости заменяют, утешаясь искусным словопрением и привлечением новых членов в свои общины. Среди последних имеется немало не возрожденных душ, которые лишь из дел своих ищут святости, но не знают истинной радости спасения и обходятся без нее. Но для тех, кто вкусил от дара Духа Святого и стремится по совести исполнить закон, почитание субботы является бременем, гнетущим их души. От них скрыт благостный смысл слов «по прошествии Субботы… весьма рано… при восходе солнца» (Марк 16:1-2). То же мы видим у галатов, обольщенных иудейским вероучением, когда Дух Святой отошел от них (Гал.3:1-5).

Адвентисты не имеют в себе откровения Духа Святого, даруемого не по закону, но по вере, но зато очень точны в соблюдении формы и преданности букве закона.

Верующих прочих христианских церквей адвентисты усердно обрабатывают, стремясь обратить в свою веру, но погибшие, удалившиеся от Бога и церкви, их не интересуют. Конечно, как всюду, так и здесь, бывают счастливые исключения и немногие адвентисты трудятся также над обращением к Богу неверующих. Как ни стараются адвентисты об умножении своих сторонников — благодати Духа Святого нет с ними, и труд их напрасен.

Наиболее радостными и удовлетворяющими для меня были те часы общения с субботниками, в которые мы обсуждали спасительные истины Евангелия, а не только «заповедь на заповедь и правило на правило» (Ис.28:13). Цели адвентистов осуждены не только Священным Писанием, но и опытом всякого верующего христианина. Адвентиста можно сравнить с человеком, впервые увидевшим прекрасное здание, окруженное весьма красивой оградой. Человек изумлен художественностью работы кованой решетки ограды и отказывается войти внутрь, чтоб осмотреть дом, так как внимание его всецело поглощено видом ограды. Так и адвентисты: все их внимание поглощено законом, этой решеткой, которою Бог ограничил израильский народ. Они полагают, что это наивысшее произведение Божие, что больше у Него ничего нет, и не видят богатств свободы внутри человека и благодати во Христе.

Вожди движения тщательно оберегают членов от общения с пребывающими в свободе. Не переставая, они называют «вавилоном» всех, кто не с ними, тогда как Господь повелел: «Выйди из нее, народ мой, чтобы не участвовать вам во грехах» (Отк.18: 4). Таким образом, тысячи честных, богобоязненных людей в страхе топчутся у решетки, в то время как внутри ее господствует жизнь и во всем изобилие.

Если бы усердие адвентистов всего мира употребить на взыскание погибших! Если бы они пребывали в дружном и любовном сотрудничестве с прочими христианами! Какую могущественную победу это дало бы над силами тьмы! Усердия и рвения у адвентистов поистине достаточно; они доказывают это неутомимостью своей пропаганды, раздачей литературы и готовностью жертвовать, наблюдаемою даже у беднейших членов. Они стремятся неукоснительно соблюдать все заповеди и предписания своей секты. Что касается отдачи «десятины», то, в том виде, как она практикуется у адвентистов, это есть мертвое исполнение закона, не от сердца, а по обязанности, а потому и не легко в исполнении. Но так как на эти сборы существует вся организация, то взимаются они немилосердно, железной рукою, и кто не вносит «десятины», того исключают из членов секты.

Ограничения в еде обременительны. Очень бывает трудно иной хозяйке соблюдать израильские правила о нечистой пище, изобретать что-либо вместо воспрещенного кофе и чая. Немало забот и хлопот несут большею частью неимущие последователи г-жи Уайт, если желают хранить ей верность. Конечно, воздержание от алкоголя и табака есть дело похвальное, но адвентисты ошибочно полагают в зависимости от него спасение душ своих. Согласно со Св. Писанием и воспрещение ношения драгоценностей и дорогих одежд; но, к сожалению, и это ограничение не ведет к радости и к «нетленной красоте кроткого и молчаливого духа» (1Пет.3: 4).

Многие из адвентистов, лишив себя радостей мира, не нашли радости и счастья, присущих христианам. Нередко воздержание и отказ от мирских утех порождает во многих мелкое высокомерие и гордость собою. Все это суть последствия попыток современную жизнь вогнать в рамки древних мертвых законов. В этом проявляется бесполезное усилие влить новое вино в ветхий мех, или заплату из крепкой материи пришить к старой одежде. Но новое вино силою своего брожения неизменно ищет выхода и прорывает обветшавшее хранилище. Христиане, живые духом также разрывают связующие их мертвые правила адвентизма, и рано или поздно освобождаются от них.

1914 год доказал, насколько ветхие меха оказались негодны противостоять силе нового вина духовной жизни; они рвутся даже при напоре неизмеримо слабейшего вина национального вдохновения и любви к отечеству. Мы видели, что святость субботы бы принесена в жертву идее защиты отечества. В официальном сообщении, поданном адвентистами в имперское военное министерство в Берлине, они объявляют, что на войне они будут следовать учению Слова Божия (1Пет.2:13-17) и оказывать повиновение начальству.

Послание это было повторено 5 марта 1915 г. и подписано Конради, Шубертом и Дрингаусом. В газете «Дрезденские известия» в апреле 1918 года появилась статья, устанавливающая, что лишь 5% призванных на войну адвентистов не подчинились приказу своих старшин и не пожелали защитить отечество с нарушением субботнего покоя. За такое «нехристианское» поведение противленцы были исключены из общины, как «обманщики и невежды».

В августе 1918 г. в берлинском «Локал-Анцейгере» и в других газетах, появилась статья за подписью Конради и Шуберта, доказывающая верность и преданность отечеству адвентистов тем, что они принимали участие в войне и в подписке на военный заем, и что солдаты, отказывавшиеся нести службу по субботам, исключены из общин, как враги внутреннего и внешнего мира.

Склонившись перед зверем, перед государством, субботники не только приняли на себя столь ими осуждаемое начертание зверя, но еще изгнали из своей среды тех, кто остался верен закону. Такова теория и практика адвентизма. В последующих главах мы рассмотрим, какие основания для празднования субботы находят адвентисты в Св. Писании.

VIII. О заповедях Божиих

Один, по-тогдашнему образованный законник спросил Господа Иисуса: «Учитель, какая наибольшая заповедь в законе?» (Матф.22:36). Если бы этот вопрос был задан адвентисту, то он без сомнения ответил бы: четвертая заповедь, т.е. о субботе. Но Иисус сказал: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумом твоим. Сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки» (ст.37-40).

Этот удивительный, данный Иисусом, ответ не находит подтверждения на скрижалях закона Моисеева: любовь к Богу, любовь к ближнему. Эти две заповеди составляют основной закон, на котором зиждется вся вселенная; основание, на котором построен и закон, начертанный на двух каменных скрижалях. Все дела Божии на протяжении эпох и времен обусловлены этими двумя законами. Так как Бог благословил дать Христу всю полноту бытия (Кол.1:19), то эти две заповеди находят выражение в церкви, которая есть Тело Его, в словах «заповедь Его та, чтобы мы веровали во имя Сына Его, Иисуса Христа, и любили друг друга» (1Иоан.3:23).

«Любовь есть исполнение закона» (Рим.13:10). Эту заповедь о любви мы находим в великой книге природы, научающей нас, что никто и ничто не существует только для себя. Достаточно подумать об устройстве человеческого тела, где все члены служат друг другу и подчинены голове. Особенно ясен этот закон в жизни Иисуса, открывшего нам волю Отца Своего (Евр.10:5-7) и отдавшего Себя в жертву за многих. Желающий хранить заповеди Божии должен поэтому направить взоры свои не к горе Синай, а на Голгофу. Получивший прощение грехов у подножия Креста, также почерпает у Господа силы для соблюдения заповедей. Познать Иисуса Христа означает предоставить место в сердце своем любви Божией. Знаменательны слова: «Кто говорит: я познал Его, но заповедей Его не соблюдает, тот лжец и нет в нем истины» (1Иоан.2:4). Так что заповедь любви является средством распознания.

Адвентисты ловко пользуются этим текстом для запугивания робких душ и доказательства, что лжец тот, кто не соблюдает субботнего покоя. Текстом 1Иоан.3:22 пользуются адвентисты также, чтобы внушить, что молитвы наши будут услышаны при условии соблюдения нами субботы. Далее, ссылаются они и на Ветхий Завет: «Кто отклоняет ухо свое от слышания закона, того и молитва — мерзость» (Пр. 28: 9). Однако, если читать 1Иоан.3:23 безотносительно к внушениям адвентистов, то ясен и никаких сомнений не возбуждает светлый смысл вечной истины. Заповедь Его та, чтобы мы веровали во имя Сына Его Иисуса Христа и любили друг друга. В этом заключается все исполнение закона до мельчайшей его йоты.

Голгофа положила начало новой эпохе: заповеди Божии явились Божиим откровением в новых формах, сообразно с появлением нового органа спасения — церкви и изменившихся условий, при которых «тело» это, состоящее из евреев и язычников, должно распространяться по всему лицу земли. Дух Святый, заместитель Господа, введет церковь во всякую истину и объявит то, чего ученики раньше не могли постичь (Иоан.16:12-13). Чрез помазание Духом Святым они научены будут исполнению воли Божией (1Иоан.2:20-27). Любовь, главнейшая сущность Божия для всех людей есть источник силы и жизни, в сердцах же отдельных людей возникает и возрастает в Духе Святом.

Адвентисты, хотя и живут в рамках Нового Завета, но ногами опираются на Ветхий Завет и пытаются изменить порядок домостроительства Божия. Они утверждают, что обе Новозаветные заповеди проистекают от десяти ветхозаветных и зависят от них, тогда как на самом деле эти две подчиняют себе весь Ветхий Завет. Подтверждение этому мы слышим из уст Самого Господа Иисуса: «На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки». Весь закон, т.е. не только десять заповедей, но все заповеди, как нравственные, социальные, так и экономические — весь закон, без исключения.

По словам адвентистов десять заповедей являются совершенным законом; их сокровенная цель та, чтобы заповедь о субботе ввести в обиход Новозаветной Церкви Христовой. Ап. Иаков говорит о совершенном законе свободы (Иак.1:25) и перечисляет то, что напрасно мы стали бы искать в десяти заповедях Синая, но легко находим в двух заповедях о любви. Во 2-ой главе своего послания Иаков обращается к двенадцати коленам, живущим в рассеянии (Иак.1:1), и показывает им на началах древнего закона то, что имеет отношение к «царскому» закону любви (Иак.2:8-11). Его ссылка на древнее предписание «Не убий» преследует цель показать законникам, что неразумно держаться внешней буквы закона, а внутренне нарушать заповедь любви.

Адвентисты всегда склонны 12-й стих — «Так говорите и так поступайте, как имеющие быть судимы по закону свободы» — применять к людям, не чтящим субботы. Но при внимательном чтении этой главы мы обнаружим ошибочность толкования. Ап. Иоанн тоже говорит о древней и новой заповеди: 1Иоан.2:7-10. Сущность обеих заповедей: «Что есть истинно и в Нем, и в вас». Признак обеих: любовь к ближнему.

Адвентисты утверждают: в свете ходит лишь тот, кто хранит субботу, все прочие христиане пребывают во тьме. Тогда как Св. Писание гласит: любящий брата своего пребывает в свете, а ненавидящий брата своего ходит во тьме. Основой этой новой заповеди является свет любви. Разве может человек обладать истинным познанием Бога и в тоже время ненавидеть брата своего? Это немыслимо. Но можно ли добросовестно соблюдать субботу и одновременно ненавидеть брата? Да, это, к сожалению, не только возможно, но и часто встречается. Закон и заповедь любви — два взаимно исключающие друг друга понятия. Закон добр или зол в зависимости от того, как им пользоваться. «Мы знаем, что закон добр, если кто законно употребляет его» (1Тим.1:8). При этом «закономерном» пользовании законом исключается возможность того, чтобы закон в чем-либо нарушил заповедь любви. В этом приговор субботникам и их учению; они неутомимо ищут себе последователей в городах и селах, несут огромные жертвы временем и деньгами, чтобы достичь своей цели, и вместе с тем нарушают величайшую заповедь любви, осуждая всех христиан, не чтящих субботы, считают их еретиками и проклинают. Они грешат против заповеди любви, отвергая общение с прочими членами Тела Христова; ослепленные своим высокомерием, адвентисты лишь себя считают церковьюневестой Христовой, в которой числится 144 000 праведников согласно Отк.14:3.

IX. Подлежат ли изменению заповеди Божии?

На вопрос, подлежат ли переменам заповеди Божии, мы должны ответить отрицательно. Земные правительства издают новые, отменяют устаревшие законоположения, конечно держась в рамках основных законов страны. Тоже можно сказать и о законодательстве Божием. Все законы Божии, даже имеющие временный характер, всегда согласованы с Его мудрым предопределением. Но из этого не следует, что все, что Господь на протяжении веков предписал людям, оставалось в силе навеки. Ошибочность того утверждения, что десять заповедей в той форме, в какой они даны на Синае, остаются неизменны и обязательны для человечества на все времена, — ошибочность эта обнаруживается уже при ближайшем ознакомлении с обстоятельствами и временем их появления. Если верно, что эти десять Синайских заповедей имеют вечную силу, то почему Бог не дал их Адаму, а объявил людям на 2500 лет позже? Но мы полагаем, что Бог все делает своевременно. К этому мы еще вернемся.

Дух, присущий десяти заповедям, конечно, вечен и неизменен, но это не распространяется на букву и форму. Это относится и к заповеди о субботе. В основу ее положена любовь, так как субботний покой положен на пользу людям, и никто безнаказанно не может преступить ее. Тело, душа и дух после шести трудовых дней нуждается в отдыхе. Суббота определена на пользу человеку. На Израиль эта заповедь налагала некоторые ограничения, изменять которые он не имел никаких прав.

Дана была эта заповедь с целью показать Израилю его бессилие в исполнении закона. В хвастливом самомнении Израиль некогда сказал: «Все, что сказал Господь, исполним» (Исх.19:8). Однако, устрашенный громом и пламенем, исходившим из дымящейся горы, Израиль заговорил иначе (Исх.20:19) и пожелал посредника: «Говори ты с нами… но чтобы не говорил с нами Бог, чтобы нам не умереть».

Так как цель и совершение закона во Христе, то Бог отвечал: «Хорошо то, что они говорили, Я воздвигну им Пророка из среды братьев их, такого как ты, и вложу слова Мои в уста Его, и Он будет говорить им все, что Я повелю Ему. А кто не послушает слов Моих, которые пророк тот будет говорить Моим именем, с того Я взыщу» (Втор.18:17-19). Здесь законодатель на Синае указывает на иного законодателя, а именно на Христа. Образно таким указанием были разбитые скрижали Моисея. Бог был Творцом первых скрижалей и начертанных на них законов. То была рукопись Божия, содержавшая требования, которых никто на земле не мог выполнить. Намерение Божие при издании закона было то, чтобы под него подвести все человечество, показать ему, что весь мир виновен пред Богом и «заградить всякие уста» (Рим.3:19-20).

Разбитые первые скрижали являются доказательством милости Божией, ясно выраженной в новом повелении Моисею: «Вытеши себе две скрижали каменные, подобные прежним, и Я напишу на сих скрижалях слова, какие были на прежних скрижалях, которые ты разбил» (Исх.34:1). В этом случае дело было не исключительно Божие, но в нем участвовал и человек. Моисей изготовил скрижали, а Бог сделал на них начертание. «И вытесал Моисей две скрижали каменные, подобные прежним, и, встав рано поутру, взошел на гору Синай, как повелел ему Господь, и взял в руки свои две скрижали каменные» (ст.4).

Бог и человек сошлись вместе. Имя Эммануил обозначает «с нами Бог». Обещание исполнить все, что скажет Бог, не было выполнено уже прежде дарования народу закона: поэтому единственный оставшийся для него путь была милость Божия. Совсем иными были и обстоятельства, сопровождавшие эту вторую передачу скрижалей закона. Гром и молния, сопровождавшие первое законодательство, теперь уступили место милосердию и всепрощению благодати Божией (Исх.34:6-7). Столь прекрасно было явление славы Божией при этой второй передаче, что оно отразилось сиянием на лице Моисея (ст.30). Вторые скрижали не были разбиты, но хранились в скинии (Исх.25:16). В этом образном действии мы можем видеть позднейшее появление Христа. В Нем уничтожено «рукописание» наших согрешений и пригвождено ко кресту (Кол.2:14); во Христе, истинной скинии, сокрыт закон под кровью окропленной крышкой; чрез Христа мы получили помилование и прощение грехов.

Для каждого могущего духовно мыслить должно быть ясно, что в законе Божием есть нечто пребывающее, а также нечто исчезающее; одно — пригвожденное ко кресту и другое — воскресшее со Христом. Евреи всего этого не поняли тогда, так как до исполнения закона оставалось еще много веков. Те же, кто после самооткровения Божия продолжают жить по плоти, останутся слепы и глухи к самым убедительным доказательствам и толкованиям. Духовные вещи понять может лишь мыслящий духовно.

X. Христос на рубеже древнего и нового домостроительства Божия

По домостроительству Ветхого Завета существовала праведность от закона (Рим.10:5); в домостроительстве же новозаветном появилась праведность от веры (Рим.10:6). Отныне уже не исполнение закона, но Христос ведет к праведности, и по вере нашей приобщаемся мы праведности. Время древнее окончилось с пришествием Христа во плоти. Христос есть «конец» закона (ст.4), но пришел Он не отменить закон или пророки, но исполнить (Матф.5:17). Ни одна йота не осталась неисполненной. В Нем все стало живой действительностью. Всякая частица закона Божия нашла в Нем свое исполнение. Он пришел не поощрять беззаконие (ст.19) и не соблюдать какую-либо внешнюю форму, считая последнее достаточным, но пришел для того, чтобы делом и словом явить людям истинную сущность воли Божией, заключающейся в десяти заповедях.

С Его пришествием окончился древний закон и получил начало новый; поэтому Он, действительно, стоит на пороге древнего и нового домостроительства Божия. Сам будучи законодателем, а потому и Господином Субботы. Он мог сказать: «Вы слышали что сказано древним… а Я говорю вам…» (Матф.5:21). Здесь проявилось величие и могущество Сына, Которым все сотворено и в Котором обитала вся полнота Божественности. Возросший под законом, Он вместе с тем и камень, легший в основу новых времен. Как живой пограничный камень, явился Он между обоими эпохами, и уже при жизни Его можно наблюдать ослабление силы Синайских законов перед яркою зарею нового времени благодати.

Особенно ярко выражено это в Лук.10:25-29. Законник спрашивает, что ему делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Иисус отвечает, не только вопрошая его: «В законе что написано», но, уточняя и подкрепляя этот вопрос еще другим вопросом: «Как читаешь?» Ответ законника свидетельствует о том, что он находился почти в полном обладании светом истины: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею, и всею крепостью твоею и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя» (ст.27). Недоставало ему лишь знания того, кто его ближний.

Иисус Христос объясняет ему это чудесной притчею о милосердном самарянине. Я думаю, что если бы адвентист повстречался с этим законником, то иначе ответил бы на заданный вопрос: он бы, без сомнения, признал любовь к Богу и людям хорошей и похвальной, но главное для него было бы знать, почитает ли он субботу и исправен ли в уплате десятины.

Иной пример находим мы у Матф.19:16-20, в котором также обнаруживается нищета мертвого и буквального исполнения закона. Богатый юноша, строго исполнявший закон от юности своей, не находил мира души своей. Он сознавал, что еще чего-то недостает, чтобы наследовать жизнь вечную. Господь Иисус из десяти заповедей берет пять и добавляет к ним шестую: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя». Я думаю, что буду недалек от истины, если скажу, что этот богатый юноша исполнил все заповеди, — в том числе и о субботе (о которой Иисус не сказал ни слова), — по крайней мере, столь же ревностно, как и любой из современных субботников, но заповедь о любви была ему неизвестна, и потому он «отошел с печалью».

Пусть братья наши, субботники, подумают над тем, что ведь Иисус Христос, Законодатель, находясь на грани двух домостроительств, ни одним словом не обмолвился о субботе, и что громогласно, во всеуслышание провозгласил важность заповеди о любви. Есть ли в учении субботников хоть малейшее указание на важность любви к ближнему? При изменившихся условиях, внесенных в мир благодатью, и при рассеянии народа Божия по всему миру, несомненно, благотворным может быть для отдельных людей и почитание субботы, но какова ценность ее, если нет любви к ближнему?

XI. Закон и благодать

«Закон дан чрез Моисея, благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа» (Иоан.1:17). Главная ошибка адвентистов в том, что они не знают различия между законом и благодатью; им чуждо представление, как о временности домостроительства основанного на законе, так и о славном времени благодати.

Выше мы уже сказали, что закон сам свидетельствует о своей временности, указывая на грядущее пришествие Пророка (Втор.18:17-18), Которому послушны будут все люди. С пришествием Христа действительно наступила новая эпоха. Закон уступил место благодати, а священство преходящее — священству вечному. Иисус Христос возвеличил и прославил закон (Ис.42:21), дав ему подобающее завершение. Перемена в домостроительстве Божием проявилась и в Его уходе из земной жизни. Происходя из колена Иудина (Евр.7:14), Он не имел прав на первосвященство и служение Его в храме не было ему присуще по рождению. Несмотря на это, Он сделал Первосвященником во храме более величественном и славнейшем, нежели Иерусалимский. Почему это? Потому что преходящее время Израильской истории миновало и Синайское законодательство потеряло силу и значение. Не по чину Левия, но по чину Мельхиседека был Он сделан Первосвященником (Евр.1:11, 22).

С переменой в священстве (ст.12) была по необходимости связана и перемена в законе. Ветхий Завет должен был уступить место Новому. Если бы Ветхий Завет был безупречен, то не было бы нужды в Новом (Евр.8:7). Но во всех своих проявлениях Ветхий Завет носил признаки временности. «Ветшающее близко к уничтожению» (Евр.8:13). Заповедь «святая, праведная и добрая» (Рим.7:12), на горе Синай преподанная чрез ангелов рукою посредника (Гал.3:19), должна была уступить живому закону любви Христовой.

Итак, закон не был на веки неизменной нормой жизни, но скорее, как «лучшая надежда, посредством которой мы приближаемся к Богу» (Евр.7:19). Тьма должна была уступить место свету. Закон дан лишь на определенное время, как опекун, попечитель, или детоводитель, наряду с обетованием, доколе не придет «семя» — Христос. Образно мы находим отражение того же в истории Измаила и Исаака, обоих сыновей Авраама. Первый, сын по плоти, был сыном природным и признанным, пока не явился Исаак, сын обетования; тогда сын рабы должен был уступить место сыну по вере (Гал.4:29-31). Измаил был изгнан и для Авраама как бы не существовал.

XII. Может ли живая жена быть в супружестве с умершим мужем?

Указав в первых двух стихах Рим.7, что закон, подобно умершему мужу, теряет свои права и обязанности в отношении других людей, ап. Павел продолжает: «Так и вы, братья мои, умерли для закона Телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу» (Рим.7:4). Кто желает знать, насколько мы еще подчинены закону Моисея, пусть пойдет на кладбище и спросит мертвых об их желаниях. Сколько бы ни кричал, он ответа не получит, ибо мертвые молчат. То же и с законом Моисея.

Этот закон имеет над нами ту же власть, как и всякий покойник над оставшейся в живых своей женою, и вышедшей за другого мужа. «Если же умер муж, она свободна от закона и не будет прелюбодейцею, вышедши за другого мужа» (Рим.7:3). Теперь очередь дать ответ на следующий вопрос: «Связана ли Церковь, Невеста Христова, со Христом, или подчинена Синайскому закону?» Возможно лишь одно из этих двух положений, так как насколько живой муж, женившийся на вдове, не захочет считаться с пожеланиями умершего первого мужа, настолько и Христос не ждет от Церкви Своей послушания Синайскому закону.

Мы умерли для закона (Гал.2:19). Закон был детоводителем, опекуном Израиля до Христа (Гал.3:24). Но всякий знает, что полномочия опекуна оканчиваются совершеннолетием опекаемого. Подчинение заповедям Божиим в наше время сводится к повиновению Христу. Поэтому Он мог с полным правом сказать: «новую заповедь даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга» (Иоан.13:34).

Если суббота есть отличительный признак древнего домостроительства тайны Божией, то любовь — признак нового (1Иоан.2:7-10; Гал.6:2; Рим.13:8-10). Любящий ближнего своего, исполнил закон (Рим.13:8). Возражения закона бессильны против плода Духа (Гал.5:23). Жестоко ошибаются адвентисты, когда утверждают, что обладание плодами Духа не спасает от погибели того, кто не соблюдает субботу.

Все старания к данным Израилю заповедям приспособить и Церковь Христову оканчиваются неудачею. Неразумно новое вино влить в старый мех, или пришить крепкую заплату к ветхой одежде (Матф.9:16-17). Старые мехи и ветхая одежда приняла вид и формы, не соответствующие давлению молодого вина, или крепости новой заплаты. Молодое вино находит нужные ему упругость и пространство лишь в новом мехе. Новое домостроительство с новым священством и новым законом.

Всякое колебание и недоумение, обязаны ли мы соблюдать субботу, или нет, происходит от незнания нами весьма важного обстоятельства: «вы умерли для закона Телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему» (Рим.7:4).

Понятен ли нам гнев ап. Павла в Гал.3:1-3? Он вызван был тем, что живые общались с мертвыми. Это безумие. Но неразумно также с живым Христом идти на гору Синай, хотя бы для того, чтобы под тенью ее возблагодарить Бога за спасение, обретенное во Христе. Еврейское христианство или, лучше скажем, современное христианское еврейство есть лишь повторение того, что тогда произошло у галатов. Нередко под такой личиной скрывается нечто иное, и дело идет не исключительно о спасении души. Сторонники обрезания в те дни искали себе последователей, чтобы хвалиться своими успехами (Гал.6:12-13). Так и в наши дни. Один из проповедников адвентизма правильно отозвался об этих текстах Послания к Галатам, сказав, что на этом послании они своего учения основать не могут.

Павел хвалился лишь одним только: Крестом Христовым. Будем же в этом последователями Павла, и если бы ангел с неба сошел и стал учить нас иному Евангелию, нежели то, которое проповедует о Кресте, то и мы, в согласии с Гал.1:8, скажем: «Да будет анафема!»

XIII. Смотрящие чрез покрывало видят вместо жизни смерть

Истины, недоступные ученикам при жизни Иисуса, с возрастающей ясностью воспринимаются Церковью. Посмотрим, что ап. Павел пишет коринфянам: «Вы — наше письмо, написанное в сердцах наших… не чернилами, но Духом Бога живого, не на скрижалях каменных, но на плотяных скрижалях сердца… потому что буква убивает, а дух животворит» (2Кор.3:1-6). С замечательной ясностью выступает здесь контраст обоих законов! Еще будучи адвентистом, я не мог не задумываться над смыслом этого текста, возбуждавшего во мне серьезные сомнения в отношении субботы. Дух Нового Завета противоречит буквальному пониманию закона (2Кор.3:6).

Вышеприведенный текст как нельзя более ясен.

Наглядное определение «буквы» мы находим в ст. 3, где закон, написанный на каменных скрижалях, противопоставляется плотяным скрижалям сердца. Служение букве названо смертоносным (ст.7), служение же духу в Новом Завете древнего Синайского законодательства, служение осуждения неизмеримо превзойдено славою служения оправдания. Первое, т.е. служение смерти и осуждения, приуроченное к каменным скрижалям закона, обнимает собою десять заповедей, в том числе и четвертую, о субботе, и подлежит отмене. Служение же славы и жизни, обусловленное законом, написанным духом на скрижалях сердца, есть пребывающая во веки заповедь любви (ст.9-11). Адвентисты хотят этот текст понимать так, что домостроительство Ветхого Завета осталось и лишь лишилось славы своей, но добросовестное чтение стихов 7 до 11-го показывает обратное. Вообще вся 3-я глава Послания к Коринфянам крайне неудобна для адвентистов, которые, желая отстоять свою позицию, утверждают, что отменена лишь внешняя сторона, обрядность жертвоприношений; всякому известно, что этих обрядов десять заповедей и не касаются. Покрывало на лице Моисея должно было образно показать народу, что он еще не созрел для того, чтобы лицезреть славу Нового Завета, и что он не должен привязываться к вещам преходящим (ст.13). Жестоковыйные евреи, читая Ветхий Завет, не понимали того, что отменяет Иисус Христос. Покрывало Моисеево легло на их сердца, а также и на сердца всех, взирающих на дело благодати Христовой чрез очки законопослушания.

Прочь покрывало! Тогда чрез служение духа обнаружится слава Нового Завета. Что же это временное, подвергшееся отмене? Это то, что имело отношение к Израилю и было тенью грядущего: форма, приспособленная только к своеобразию Израиля, стране, в которой этот народ обитал и к местным условиям. Но коль скоро Израиль перестал быть органом спасения, пришло время его изгнания и рассеяния по лицу всей земли.

Новая эпоха, в которой выступили на сцену язычники, потребовала и применения к новым условиям, изменений в установлениях священства, храма, законов и пр. Основа же закона, сущность его, заключающаяся в любви, должна была остаться. Например, 5-ая заповедь. Ссылаясь на нее ап. Павел объясняет, что в ней неизменно, а именно — любовь к родителям, но одновременно он показывает, что обновлению должно подлежать место ее применения. Для Израиля местом этим была земля, обетованная Богом, а для Церкви Христовой — это вся земля вообще (Еф.6:3).

XIV. Счет, оплаченный на кресте, украден и вновь предъявлен к оплате

Утверждение адвентистов — будто отменена лишь внешняя сторона закона Моисеева, сущность же его сохранена, — не находит в Библии никакого оправдания. Не соответствуют духу Библии произвольные наименования и различения. Так, под законом Св. Писание разумеет сполна все Пятикнижие Моисея, в том числе и положение о жертвоприношении, о пище и прочее.

Адвентисты толкуют о законе, данном Богом, о десяти заповедях, и отдельно о постановлениях, исходящих от Моисея. Но Бог такого различия не делает; Он уничтожил рукописание, состоявшее из обременяющих человека постановлений (Кол.2:14). Закон о десяти заповедях на первых скрижалях был начертан рукою Самого Бога. Но мы знаем, что постановления, вмененные еврейскому народу, касались пищи, питья и других сторон практической жизни, равно как определяли празднование субботы и иных торжественных дней (ст.16). Эти постановления названы тенью будущего (Кол.2:17), тело же, сущность, — во Христе. Он — Глава, Церковь же — члены Тела.

Адвентисты отвергают это и утверждают, что десять заповедей нельзя причислять к постановлениям. Но ап. Павел говорит, что рукописание его было таким постановлением; то же мы читаем и у Моисея во Втор.5:5, где он десять заповедей причисляет к постановлениям (Втор.5:1, 31; 6:1-2). Специальные указания об очищении, данные Богом Израилю, Моисей называет заповедями (Числ. 15:31).

Таким образом, ошибочно и произвольно стараются адвентисты заповедями Божиими считать исключительно лишь десять заповедей, а все остальные законы именовать постановлениями, Бог весь закон называет святым, праведным и добрым (Рим.7:12). Он требовал смерти для осквернителей Субботы (Числ. 15:36), но той же участи подвергал и тех, кто подделывал курительный состав (Исх.30:38). Человек, не в установленном порядке принесший жертву (Чис.9:13; Лев.17: 4) был повинен смерти так же, как и тот, кто вкушал во время пасхальной недели квасной хлеб вместо пресного (Исх.12:15); даже хозяин бодливого вола за вред, учиненный этим волом, подвергался смерти (Исх.21:29), равно как и уличенный в скотоложстве (Лев.18:29).

Мы ясно видим по мере наказания, за нарушение заповедей назначенного, что заповеди в очах Божиих были одинаково святы.

Рукописание, против нас составленное, содержало совокупность нашей вины. Расписка, упоминаемая у Лук.16:6, была долговым письмом, неоплаченным счетом. Таким же является и рукописание в Кол.2:14. Оно устанавливает огромную и неоплатную вину нашу. Бог же требовал или все, или ничего. И все оказалось оплаченным, когда мы сознали полную свою несостоятельность и прибегли к защите креста Господня; ко кресту этому пригвождено и рукописание всех наших грехов. Наглядный пример тому можно наблюдать в маленькой лавочке, где хозяин оплаченные счета накалывает на гвоздь, вбитый в стену. На гвоздях, пронзивших ноги и руки Его, наколоты и списки наших грехов; Его искупительной кровью покрыт и оплачен счет нашей вины. Свершилось! Горе тому, кто этот погашенный счет украдет и вновь предъявит к оплате.

XV. Что сказать о том, кто, едучи в повозке, одной ногой бежит по дороге?

«Проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона» (Гал.3:10). Выбор между законом и благодатью означает больше, нежели усвоение той или иной точки зрения. Дело идет о проклятии, или благословении! Решившийся подчиниться закону пусть следует ему со всей строгостью и во всех его подробностях, так как проклят всякий, не соблюдающий всего, что предписано. Галаты желали одновременно с принятием веры сохранить и обрезание (Гал.5:2-5). Мы бы сказали, пожалуй: «Пусть делают, как хотят». Но не так Дух Божий, Который видит в этой двойственности непризнание значительности дела Христова (ст.2). Все, или ничего, — говорит Дух. Желающий исполнить одну из частей закона, должен исполнить весь закон (ст.3). «Кто соблюдает весь закон и согрешит в одном чем нибудь, тот становится виновным во всем» (Иак.2:10).

Кто из адвентистов посмеет утверждать, что он, чтя субботу, не согрешил против другой из заповедей? И если да, то как он избежит проклятия? Обычно он скажет, что готов принять прощение грехов из рук Христа, но вместе с тем обязан послушно исполнять закон. Но Бог отвергает такую комбинацию. Не Христос и закон, но либо Христос, либо закон. Дети иногда, сидя в вагоне движущегося поезда, упираются в спинку сидения, воображая, что они этим ускоряют движение вагона. Опаснее была бы иная игра, если бы кто-либо высунул ногу на полотно дороги и старался бы этой ногой отталкиваться от земли, чтобы ехать скорее. Это и безумно и опасно для жизни. Но еще опаснее, веря во Христа, в то же время стремиться к соблюдению субботнего покоя. Это величайшее противоречие, какое можно себе представить: с одной стороны признать во Христе исполнение закона и все Ему предоставить, а с другой — самому стараться этот закон исполнить. Это нельзя иначе назвать, как оскорблением Христа, непризнанием силы за совершенным Им подвигом. «Проклят всякий, кто не исполняет всего, что написано в книге закона». Все или ничего.

Придите же, почитатели закона, и взгляните на Христа, искупившего нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою (Гал.3:13).

Поймите же великую силу веры и благодати. Мы оправданы без дел закона (Рим.3:28). Откажитесь от частичного исполнения закона, это измена Христу. Мы умерли для закона, чтобы жить ради Христа.

Если вы ищете праведности, то ищите ее в должном месте. Обратитесь ко Христу. Он есть конец закона, и праведность Его достаточна и совершенна (Рим.10:4). Оставьте мелочные и ничтожные попытки исполнить закон своими силами, ибо делами закона не оправдается никакая плоть (Рим.3:20). Не бойтесь прогневить ваших руководителей и проповедников, так как оправдание ваше не зависит от дел закона (Рим.4:6).

XVI. Почему вы боитесь тени?

Из детских воспоминаний моих сохранились вечерние и ночные страхи перед тенью, ложащейся от деревьев и других предметов; иногда пугала меня и собственная тень, преследовавшая меня каким-то призраком, которым чем дальше от света, тем делался длиннее и страшнее. То была боязнь тени.

«Никто да не осуждает вас за пищу, или питье, или за какой-нибудь праздник, или новомесячие, или субботу. Это есть тень будущего, а тело во Христе» (Кол.2:16-17). Закоренелого субботника — я знаю это по собственному опыту — не легко переубедить, даже и ссылкою на ясно выраженное слово Божие; отрицая самый дух Нового Завета, он останется глух, сколько бы убедительных текстов мы ему ни привели, и еще с своей стороны станет задавать вопросы, как например: «Значит, если закон отменен, то позволено и лгать, и красть и пр.?» На это мы ответим: мы, будучи причастны Новому Завету, не будем делать ничего противного двум великим заповедям, а следовательно не можем ни лгать, ни красть, ибо Дух начертал этот закон в наших сердцах.

Поэтому именно и дан нам закон любви, о Котором в Новом Завете неоднократно упоминается детям Божиим, дабы они не огорчали Духа Святого. Лишь закон о субботе не упомянут в Новом Завете, и именно по той причине, что суббота была установлением чисто еврейским, в свое время отмененным крестною смертью Иисуса! Своеобразный еврейский дух этого установления обнаруживается особо ясно в повторении закона (Втор.5:15), где указано, что суббота учреждается в воспоминание об избавлении от рабства египетского. В общем весь закон, как следует из сопоставления Исх.20 и Втор.5, есть ничто иное, как ряд различных предписаний общественного и частного характера, данных вышедшему из Египта израильскому народу. В том числе оказались и заповеди длительного характера, оставшиеся в силе для новозаветной церкви; но этим лишь доказывается, что и десять заповедей включены в обе великие заповеди Христа о любви.

Текст Втор.5:15 — «Ты был рабом в земле египетской… потому и повелел тебе Господь Бог твой соблюдать день субботний» — можно, конечно, понимать и духовно, но тогда нужно быть последовательным, и нельзя говорить о духовном Египте в буквальном понимании субботнего покоя. Вдумываясь в пригвожденное ко кресту «рукописание» наших грехов, мы находим, что в нем значится и суббота (см. Кол.2:14-17). Таким образом, с несомненностью устанавливается, что субботние правила пригвождены ко кресту, а не воспрещение кражи и пр. Адвентисты стараются убедить нас, что в этом тексте имеется в виду не суббота, как день недели, но лишь праздник субботний, но это утверждение противоречит Писанию.

Во-первых, слово «суббота» в Новом Завете всегда употребляется лишь в смысле отдыха в конце недели; впрочем различие между субботой в тесном смысле слова и между «праздником седмиц» установлено уже в Ветхом Завете (2Пар.2:4; 8:13). Никто не решится утверждать, что упоминаемая в этих текстах суббота не есть именно недельный субботний отдых. А кто еще в этом сомневается, пусть прочтет закон о жертвах субботних и в новомесячии в Чис.28:9.

Израиль жил под действием закона, и эта эпоха всю жизнь регулирующего закона была эпохой переходной, навсегда минувшей, после того как мы имеем крест Господень. Конечная цель — Христос; Он есть и конец закона, и в тоже время Законодатель нового закона.

Для детей Божиих закон отменен (1Тим.1:9), они умерли для закона (Рим.7: 4). Каменные скрижали как образ природного не возрожденного сердца, разбиты, и на их место явилось плотяное возрожденное сердце (Иез.36:26) на котором Дух Святой начертал Свой закон, благодаря чему человек становится письмом Христовым (2Кор.3:3).

Всякий, честно, без предубеждений читающий Кол.2:16-17, не может не признать, что постановление о субботе не имеет для христианина обязательной силы. Утверждение адвентистов, что здесь под субботой разумеются праздники седьмиц не выдерживает критики уже потому, что праздники здесь упоминаются особо, и что кроме них названа еще и суббота. Зачем бы в Св. Писании допущено было повторение одного и того же понятия, для того ли, чтобы угодить адвентистам?

Кому дано различать между обычными субботами и праздниками седмиц? Слово Божие гласит: «Субботы Мои соблюдайте и святилище Мое чтите» (Лев.26:2). А желающему знать, что такое Его субботы и Его праздники, мы советуем прочесть Лев.23 главу; в ней сказано, что помимо седьмого дня недели (ст.3), субботою считаются первый и десятый дни седьмого месяца (ст.24-32), для которых существуют определения столь же строгие, как и для обычной, еженедельной субботы. Как эта суббота, так и праздники седмиц принадлежат к «бедным и немощным вещественным началам» древних времен (Гал.4: 9-10), и соблюдение этих начал равносильно возвращению от свободы к рабству (ст.31). Завет горы Синайской означает рабское состояние (ст.24). Поэтому «стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства» (Гал.5:1).

Игом является не только обрезание по утверждению адвентистов, но и весь Синайский закон в своей совокупности (Гал.4:24), в том числе и субботы, и праздники седмиц (ст.10). Желающие возвращения к Синайскому закону необходимо должны повернуться спиной ко Христу и отпасть от благодати (Гал.5:4). Но этим они всю ответственность за исполнение закона принимают на себя (Иак.2:10), а так как совершенное исполнение никому не под силу, то им придется нести и последствия на себе. Бедное потомство Агари! Заключенный на Синае завет не был совершенен, иначе не было бы места для нового (Евр.8:7), и если бы священство левитов достигло совершенства в исполнении закона, то излишним было бы священство по чину Мельхиседека (Евр.7:11). Нет, мы не вернемся назад к Синаю, но вперед к Сиону, к Иерусалиму вышнему, свободному; он — матерь всем нам (Евр.12:18-22; Гал.4:26). Угрозы судом Божиим за несоблюдение субботы, которыми запугивают адвентисты, нас не пугают; мы не боимся больше теней, ибо вышли из детского возраста. Никто да не судит нас за несоблюдение субботы, которая есть тень Христа.

XVII. Суббота для человека

И сказал им: «Суббота для человека, а не человек для субботы.

Посему Сын Человеческий есть господин и субботы» (Марк 2:27-28). Этот текст адвентисты хотят понимать так, что суббота положена не только для Израиля, но и для всех людей вообще. Они ссылаются также на то, что Бог в раю почил на седьмой день, и что по примеру Бога и Адам, а позднее и патриархи соблюдали субботний покой. Что касается покоя в раю, то достаточно указать на то, что о какой либо заповеди в этом смысле в Быт.2:3 ничего не сказано.

Повеления, данные Адаму, обстоятельно изложены, но ничего не сказано о субботнем покое. Адам мог бы соблюдать его, лишь подражая Богу, но никому не придет в голову мысль о том, что Бог нуждается в покое в конце недели. То обстоятельство, что седьмой день был днем покоя для Бога и этот день был Им освящен — не имеет отношения к еврейской заповеди о субботе. Бог творит ежедневно; такова действительность, которая и положена в основу субботней заповеди для еврейского народа (Исх.20:11). Адам по сотворении своем нашел все твари уже созданными, как растений так и животных, и первый день его жизни был и днем субботнего покоя Божия.

Седьмой день творения был первым днем жизни Адама. То, что израильский народ за несколько дней до прибытия к горе Синай подвергся испытанию в хранении субботнего покоя (Исх.16:23), указывает лишь нам, что Бог через Моисея желал подготовить народ к предстоявшему обнародованию заповеди. Слово Божие ясно говорит о том, что лишь в пустыне народ был ознакомлен с заповедью о субботе (Иез.20:12). Читая спокойно и без предвзятой мысли все эти места Священного Писания, нельзя не придти к заключению, что субботний покой был нововведением для Израиля, что видно и из отношения к Моисею начальников народа (Исх.16:22).

Тех, кто в учреждении субботы видит всеобщее установление, должно бы удивить, что о таком освященном учреждении, как субботний покой, нигде в Святом Писании не упоминается в эпоху от Адама до Моисея; двадцать пять веков протекли без признаков почитания субботы. Я этим не хочу сказать, что патриархи трудились без отдыха, однако Библия вовсе не касается вопроса о том, соблюдали ли они отдых, или нет. Но если такой отдых и существовал, то, несомненно, не в форме заповеди, какая дана была впоследствии Израилю. То, что суббота установлена для человека, не означает, что эта заповедь обязательна для всех людей и на все времена, но лишь, что она дана людям во благо. Сын Человеческий, будучи Господином субботы, имеет право менять, как день, так и обряд соблюдения этого покоя. Не человек создан для субботы, но суббота ради удовлетворения потребностей человека. Многие видят в установлении Субботы нечто вроде готовой одежды, к которой человек должен примениться, хотя бы и не подходил ростом; тогда как одежда должна бы быть пригнана к фигуре человека.

И на самом деле, христианин, стремящийся соблюдать древнееврейскую субботу в период Нового Завета не походит ли на человека, плотного сложения, напялившего на себя унаследованное от тощего предка платье? Не место здесь заниматься исследованием того, соответствовал ли субботний покой Божий двадцатичетырехчасовому дню, или же это длительное состояние покоя, в течении которого Бог почил после Своего творчества. Если мы остановимся на первом предположении, то не следует ли тога признать, что этот день субботний был для Адама первым днем первой недели его жизни. Жизнь его началась в субботу, а грехопадение изменило его отношение к Богу. Адам лишился субботнего покоя, Бог же и после грехопадения, как и до него, одинаково не нуждается в субботнем покое; для Него все дни одинаковы. Бог творит все семь дней недели, и природа производит плоды в продолжение семи дней, как и солнце одинаково все семь дней светит над безбожниками и над праведниками. Во всем творении ничто не указывает на то, что Бог в седьмой день творит нечто иное, нежели в прочие дни. Видящий в райском субботстве действительный отдых Бога, имеет очень несовершенное понятие о творчестве Божием. Поэтому текст: «Суббота создана для человека», в сопоставлении с покоем Божиим в седьмой день, вовсе не означают, что Бог нуждался в некотором периоде отдыха, ни того, что Бог дал Адаму (Быт.2:3) какое-либо предписание о хранении субботнего покоя, ни, наконец, того, что человечество вообще этими словами Иисуса Христа призвано соблюдать древний еврейский закон о субботе. Напротив, этот текст в сопоставлении с Марк 2:19-28 прямо противоречит утверждениям адвентистов и устанавливает, что:

1. Суббота дана, чтобы служить человеку.

2. Сын Человеческий, Который больше Моисея, будучи Господином субботы, имеет право изменять формы этого установления ради пользы людей.

XVIII. Чем суббота была для Израиля?

Для Израиля суббота была установлением особого значения.

Кроме пробы послушания народа, она была еще и признаком, отличавшим евреев от прочих народов. Семейная и деловая жизнь еврея была всецело подчинена заповеди о субботе. «Помни день субботний» — не было пустым звуком для израильтянина, которому приходилось в течение всей недели думать о приближающейся субботе. В шесть дней должна была быть исполнена вся подготовительная работа к празднованию субботы, чтобы в этот день никто из домочадцев ни к чему не прикасался. Числ. 15:35 свидетельствуют о том, насколько важно было значение субботы в очах Божиих; в этом тексте сказано, что человек был побит камнями только за то, что собрал в субботу немного хвороста. 2Пар.36:21 повествует, что весь народ израильский уведен был в плен Вавилонский для того, чтобы земля обрела субботний покой.

Заповедь Божия воспрещала всякий труд в субботу, в том числе сбор манны и ее приготовление в пищу (Исх.16:23, 26), или заготовку топлива, даже если оно имелось в доме; также не позволялось разводить огонь (Исх.35:3). Всякий, провинившийся в малейшем труде в день субботний, подлежал смерти (Исх.35:2). Не разрешалось и отлучаться из дому (Исх.16:29). Можно задать адвентистам, столь решительно отстаивающим неизменность закона, вопрос, соблюдают ли они заповедь о субботе с такой же строгостью?

Если бы Бог столь же строго отнесся к исполнению ими этой заповеди, как некогда к евреям, то сколько адвентистов еженедельно должно было бы быть побито камнями? Израиль имел особое предназначение в отношении прочих народов и потому в отличие от них получил субботнюю заповедь. «Это знамение между Мною и вами в роды ваши, дабы вы знали, что Я — Господь» (Исх.31:13-17). Суббота была знамением творческого всемогущества Божия (Исх.20:1), знаком завета Бога с народом еврейским (Исх.31:12-18; Иез.20:12), а также прообразом, тенью грядущего Христа (Кол.2:16-17).

Что это учреждение специально еврейское, видно из текста Исх.31:13-17, где с особой ясностью видно, что заповедь дана исключительно народу израильскому и его потомству. Божия воля была та, чтобы евреи, узнав ближе Бога своего, глубже прониклись истинным смыслом субботы. Уже в домостроительстве ветхозаветном внешнее празднование Субботы содержало в себе глубокий духовный смысл; что это так, видно из сетований Господа на тщетное празднование субботы (Исх.1:13; Ам.5:21).

Слово Божие ничего не говорит нам о стараниях Израиля проявлять любовь к ближнему. Да и Господь не упоминает о попытках этого рода. Именно потому, что субботняя заповедь была знамением для Израиля, нарушение ее и каралось столь строго. Виновны были нарушители ее не в том, что сокращали себе часы предписанного им покоя, но в том, что отвергли знамение завета, которое вместе со всеми, Богом предписанными частностями, должно было быть прообразом предстоящего искупления во Христе Иисусе. Пока Израилю суждено сохранить свою народность, для него действительно и обязательно соблюдение субботы, как знамение «вечности». Суббота должна была быть отличительным признаком еврейской национальности вплоть до восстановления народного единства. Об этом ясно говорят и пророки (Исх.56:2; 66, 23; Иез.46:1-3). Действительно, субботний покой был всегда признаком, отличавшим евреев от прочих народов; поэтому несоблюдение субботы ослабляло или стирало различие между еврейством и другими национальностями. За 2500 лет, предшествовавших возникновению. сплоченной еврейской народности, Святое Писание нигде не упоминает о субботнем покое, также обойдена молчанием эта заповедь и после рассеяния. По смыслу пророческих книг (Ам.8:1-10; Ос.2:10) она отменяется, пока Израиль не вернется в свою страну (Иез.46:1-3).

Как прообраз и тень грядущего, суббота была таким же явлением обрядового культа, каким были жертвоприношения, сосуды в храме, священническое одеяние и пр. Конечно, помимо своего прямого назначения одежда своим покроем, цветом, качеством материала и пр. была символом грядущего Христа. Смысл субботней заповеди заключался не в том, чтобы принудить народ к телесному покою и духовному созерцанию, но был премудрым указанием Божиим на грядущий покой в славном искупительном подвиге Христа. Конечно, свет изгоняет тьму, и пришествие Христа положило предел символическим ожиданиям, так же, как Израиль, народ откровения Божия во времени, сменен явлением Новозаветной Церкви. Наконец, чрез смешение евреев и язычников само собой отпали отличительные признаки между Израилем и прочими народами.

Все заключенные в субботней заповеди символические постановления закона отныне уступили место действительности, и Дух Святой признал за благо соединить все пребывающее и временный покой с воскресением Искупителя и Исполнителя закона. Он, Искупитель, воскресший в первый день недели, положил субботу во гроб, этим доказав, что Он Господин и субботы.

XIX. Иисус и суббота

Важнейший вопрос, возникающий при споре: суббота или воскресенье? гласит так: как относился к субботе Иисус Христос?

Мы знаем, что Иисус, следуя обычаям предков, в субботу посещал храм, или синагогу. «Он подчинился закону» (Гал.4:4; Лук.2:4), был обрезан (Лук.2:21), принесен во храм (Лук.2:22), крещен (Матф.3:14). Он строго соблюдал празднества, а также и субботу. Таким образом, Иисус буквально исполнил закон (Матф.12:10-14; Мар.3:1-5; Лук.6:6-11; Лук.13:10-17; Иоан.5:10; 7:22-24; 9:1-34). Однако, держал Он Себя совсем иначе, чем ожидали от Него фарисеи. Последние, а с ними и адвентисты, желали бы слышать от Него проповедь в защиту закона. Но ожидания их Он не оправдал.

Он пришел исполнить закон и проповедовать Благую Весть.

Дела и слова Его должны были подготовить почву для закона нового, нераздельно связанного с Евангелием. Как Исполнитель закона, Он вправе был сказать: «Вы слышали, что сказано древним… а Я говорю вам» (Матф.5:22). Нагорную проповедь Он заканчивает словами, свидетельствующими о Его необыкновенного глубоком знании сердца человеческого: «Не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Матф.7:21). Этим текстом адвентисты любят пользоваться, чтобы уловлять в свои сети колеблющихся христиан.

Ведь, по их мнению, «творить волю Отца» значит соблюдать субботний покой. Но всякий, читающий без предвзятых мыслей, честно и просто, увидит, что Господь Иисус обращает здесь слова Свои к людям, ревниво соблюдавшими субботнюю заповедь, но плохо понимавшим, что есть воля Божия; видели щепку в глазу ближнего, а бревна себялюбия и самоправедности в себе самих не замечали (ст.4) и нуждавшихся в элементарных познаниях закона и пророков (ст.12). Цель бытия и жизненная потребность Церкви Христовой в том, чтобы исполнять волю Отца, но законов ей извне навязываемых, она не приемлет.

После Воскресения Своего Христос явил всю полноту Своей власти, о чем мы имеем свидетельство Его уст: «Дана Мне власть на небе и на земле… итак, идите, научите все народы, уча их соблюдать все, что Я заповедал вам» (Матф.28:29).

Кто Иисуса зовет Господом и наставником, должен и повиноваться Ему и притом Ему одному (Иоан.13:13). Бог Отец подтвердил это владычество Иисуса голосом свыше: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте» (Матф.17:5).

На горе Преображения явился Моисей и исчез. «И никого не видели, как только Иисуса одного».

Кто хочет знать, правильно ли чтить субботу или нет, пусть ищет ответа не в Синайских заповедях, а у Иисуса Христа. Ему одному надлежит повиноваться. Вечные слова, полные духа и жизни говорил Он людям, но о субботе мы ничего от Него не слышим.

Праведность фарисеев была столь же недостаточна, как бесполезны и старания адвентистов в почитании субботы, чтобы в точности исполнить букву закона, не говоря о духе, т.е. об истинных целях закона, вовсе не выраженных в букве его.

Высотою поставленных целей и задач новый закон во многом превосходит древний; где, например, в Ветхом Завете найдем мы повеление о раздаче имения нищим (Матф.19:21). Иисус относился к заповеди о субботе иначе, нежели к прочим заповедям. В то время, как Он, будучи Господином субботы, отменил или ослабил отношение к этой заповеди, ко всем прочим требованиям Он относился с неизменной строгостью. По понятиям тогдашнего Израиля, если человек никого не зарезал, то он и не убийца; кто не совершил прелюбодеяния, тот и не прелюбодей. Но к живущим под сенью законов Духа Святого предъявляются иные требования. Ненавидящий брата своего — убийца; а смотрящий на женщину с вожделением — уже совершает прелюбодеяние. Говоря о законе, Иисус не ограничивается вопросом «Что написано?», но прибавляет еще: «Как читаешь?» Во время Своей земной жизни Иисус не отменил Субботы также, как оставил в прежнем их виде жертвы, обрезание, праздники и пр. Тогда и ученики не поняли бы Его. Но после Своего Воскресения Он многое сказал, о чем прежде молчал (Лук.24:27; Деян.1:2-3). Однако, в Его делах и чудесах, совершенных Им в субботы, уже предвидится угасание Ветхого Завета перед светом Нового.

Так, например, срывание колосьев во время пути хлебными полями (Матф.12:1-8) трудно согласовать с запрещением в Исх.16:22-23. Иисус не отрицает в данном случае нарушения заповеди, но указывает на право священника нарушать субботу в храме и прибавляет: «Говорю вам, здесь Тот, Кто больше храма» (Матф.12:5-6). Таково и Его повеление исцеленному Им расслабленному взять, несмотря на субботу, постель и идти (Иоан.5:1-5). Оно в прямом противоречии со словом Иеремии, воспрещающим носить тяжести в субботу (Иер.17:21). Не подлежит сомнению, что здесь мы имеем дело с преднамеренным поступком Иисуса Христа. 38 лет лежал этот расслабленный. Исцеление, даже и по строгим правилам евреев, можно бы оправдать, но для чего было раздражать правоверных евреев ношением постели? Вряд ли была необходимость в столь большой поспешности с уборкой ложа больного. Понять это повеление можно лишь признав, что Господин над субботой пожелал наглядным действием показать то, что еще нельзя было облечь в формулировку словами. Явив Свое всемогущество в чуде, совершенном в субботу, Он вправе был ожидать, что свидетели чуда признают за Ним, как воплощением и совершением субботней заповеди, право распоряжаться субботой и облекать это распоряжение в те или иные формы.

Открыв людям Свое господство над субботой, Господь с совершенной ясностью указал, что жизнь животного — не говоря уже о более драгоценной жизни и здоровье человека — много важнее рабского исполнения заповеди о субботе (Лук.14:5). Говоря в последний раз в земной жизни Своей о субботе, Он, побуждаемый любовью к людям, замечает: «Молитесь, чтобы не случилось бегство ваше зимою или в субботу» (Матф.24:20). Он знал, что в субботу ученики Его не могут рассчитывать на помощь фанатичных евреев, так как оставление места жительства в субботу считается преступлением заповеди. Холод зимы и, в переносном смысле, холод еврейской Субботы — понятия, дополняющие одно другое. Невозможно нарушить ни одну из заповедей без того, чтобы согрешить против любви к Богу и людям; исключение составляет четвертая заповедь. Воплощенная любовь — Иисус — это доказал, хотя главным образом, эта субботняя заповедь и привела Его к суду и крестной смерти.

XX. Новый Завет не знает заповеди о субботе

Иисус Христос не оставил для Церкви ни прямого, ни косвенного указания о субботнем покое. Ничего о нем не говорят и ученики Его. Не удивительно, что с благовестием они выступали в субботу. Что касается ап. Павла, то, будучи опытным ловцом душ человеческих, среди евреев еврей, а для эллинов эллин, он соблюдал правила о субботе. Мы знаем, что он, следуя древнему предписанию, обрезал Тимофея (Деян.16:3), а также приносил жертвы в храме (Деян.21:26).

Петр и Иоанн «в час молитвы девятый», шли в храм (Деян 3:1). Значит ли это, что первоапостолы вернулись к старым, отжившим обрядам? Почти все проповедники-адвентисты говорят по воскресеньям с целью привлечения новых приверженцев. Но нельзя из этого заключать, что они изменили субботе и чествуют воскресенье.

Все, что можно сказать об отношении ап. Павла к субботе, это то, что он часто держал проповедь в субботние дни (Деян.13:14; 27:44), ходил с еврейскими женщинами к реке в день субботний и там молился (Деян.16:13), при этом ему удалось обратить Лидию ко Христу. Но нельзя назвать Павла на этом основании субботником, как человека, раздающего литературу в пивном заведении считать завсегдатаем таких мест. Не удивительно ли, что ап. Павел открывавший слушателям своим всю полноту Промысла Божьего, ничего не говорил язычникам о субботнем покое. Если апостол что-нибудь и упоминал о субботе, то лишь увещевал не хранить субботнего покоя (Кол.2:16-17) и удаляться от соблюдающих еще этот обряд (Гал.4:9-11). Слабым же, отличавшим особые дни, он позволял соблюдать правила о субботе (Рим.14:5-6). Совершенно понятно, что женщины, приготовившие благовония, чтобы помазать тело Иисуса, в субботу остались в покое по заповеди (Лук.23:56), так как и они жили еще по Ветхому Завету, а Воскресший Христос еще не объявил им, что «рукописание» пригвождено ко кресту.

Большое значение придают адвентисты тому, что слово «суббота» упоминается 126 раз в Ветхом и 61 раз в Новом Завете. О Ветхом Завете мы умолчим, а что касается Нового, то мы знаем, что он не содержит ни одного предписания чтить субботний день. Это особенно бросается в глаза в отношении заповеди, столь чтимой и важной в жизни тогдашнего еврейства и сегодня еще в глазах адвентистов, готовых проклясть всякого, кто в этом с ними не согласен. Все места в Новом Завете, где встречается слово Суббота, суть простые упоминания дней, имевших какое-либо значение в истории земной жизни Спасителя или Его учеников.

Кто с вниманием читал Рим.13:8-10, тот не мог не заметить, как мало апостол распространяется о субботней заповеди сравнительно с прочими. Он перечисляет пять из них, и прибавляет, что все они заключаются в слове: люби! Где же здесь упоминание о великом значении Субботы? О ней апостол ничего не говорит, но повторяет, что заповеди сводятся к одной: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя». Совсем иначе изложил бы апостол этот текст, если бы был адвентистом. Пусть же субботники, ссылающиеся на Новый Завет, проверят, хотя и не полное, перечисление тех мест в Новом Завете, где упоминается о десяти заповедях.

Первая заповедь: Марк 12:30; Гал.3:20; 1Тим.2:5; 1Кор.8:4; Еф.4:3-6; Фес. 1:10. В Новом Завете всюду мы читаем, что Бог один.

Вторая заповедь: 1Кор.8:4; 10:7; 10:20; Деян.15:20; 1Фес.1:9; 1Иоан.5:21; Отк.9:20. Новый Завет предостерегает от идолопоклонства.

Третья заповедь: Матф.6:9; Иоан.12:28; 1Иоан.5:13; Матф.28:19; Матф.5:34. Весь Новый Завет прославляет имя Божие.

Четвертая заповедь — упоминаний нет.

Пятая заповедь: Еф.6:2; Кол.3:20. Новый Завет требует от детей послушания родителям.

Шестая заповедь: Матф.5:22; 26:52; 1Иоан.3:15; Отк.22:15. Новый Завет увеличивает строгость взыскания за убийство.

Седьмая заповедь: Матф.5:28, 32; Деян.15:20; 1Кор.5:13; 16:10; Евр.13:4; Гал.5:19. Новый Завет решительно осуждает распутство и прелюбодеяние.

Восьмая заповедь: Еф.4:28; Рим.13:9. Новый Завет строго осуждает кражу, как преступление против любви.

Девятая заповедь: Рим.13:9; Еф.4:31; 1Кор.13:5; 1 Петр. 2:1. Новый Завет увеличивает ответственность за клевету и лжесвидетельство.

Десятая заповедь: Лук.12:15; Рим.13:9; Еф.5:3; 5:5; Кол.3:5. Новый Завет осуждает уже вожделение, прежде, нежели совершен будет самый грех.

Итак, мы находим подтверждение всех заповедей в Новом Завете, лишь о четвертой заповеди, о субботе, нет ни малейшего поведения, и, напротив того, встречаются и прямые и косвенные запрещения.

Адвентисты дорого дали бы, если мы удалось им найти хоть одно небольшое предписание в Новом Завете о чествовании Субботы. К несчастью для них Новый Завет умалчивает о таком повелении, и насчитанное ими 61 повторение слова «Суббота» им не служит в пользу.

Лишь один текст в Новом Завете адвентисты могли бы истолковать в свою пользу — это Рим.14:5-6. Но если они на этом основании будут утверждать, что суббота может быть поставлена выше воскресенья, то пусть так и поступают, но тогда им придется причислить себя к числу немощных (ст.1).

К тому же здесь, по словам ап. Павла, они виновны в осуждении иначе мыслящих (ст.4). Бог терпелив к немощному, но последний пусть не старается показать себя сильным перед братьями. Господь милостив и к тем, которые прячут свои лица под покрывалом, но только пусть эти невидящие не стараются быть вождями слепых и перестанут утверждать, что люди празднующие воскресенье слепы. Если бы адвентисты вели себя скромнее, и по примеру некоторых групп субботников (мало чем от них отличающихся), ограничивались празднованием у себя седьмого дня, мы ничего бы не возражали, — это их дело, — но так как адвентисты считают нужным вести агрессивную и даже воинственную пропаганду своих обманчивых представлений, то вполне уместно выступить публично с обличением их заблуждений.

Адвентисты во всем мире организуют конференции, посвященные возвеличению субботы. В их глазах первоапостолы, собравшиеся впервые в Иерусалиме (Деян.15:2) для обсуждения весьма важных вопросов организации новой общины, кажутся, вероятно, несмышлеными детьми и недоумками, если они даже не коснулись тогда столь важной заповеди о субботе! А среди них были ревностные евреи, принявшие христианство и стремившиеся согласовать близкие их сердцу еврейские установления с новой верой во Христа (ст.10). Каков же был результат этого знаменательного собрания первых христиан, большинство из которых были учениками или современниками Иисуса? В виду того, что в каждом городе была своя синагога, где каждую субботу читались книги Моисея (ст.21), эти проникнутые Духом Христовым мужи повелели не затруднять язычников возложением на них излишних бремен (ст.19, 20), и предложить им «воздерживаться от всего, оскверненного идолами, от распутства, от удавленины и крови». А относительно Субботы? Да, очень не в пользу для адвентистов то, что апостолы упустили столь благоприятный случай узаконить празднование Субботы, как для своего времени, так и для последующих эпох. Но, исполненные Духом Нового Завета, они совершенно порвали с точкой зрения древних евреев. Теперь они в язычниках усмотрели главных носителей нового учения, которым для спасения нет надобности подражать евреям. Напротив, они, апостолы, будучи евреями, надеялись на спасение по благодати Господа Иисуса, также как и язычников. Поэтому вопрос о субботе раз навсегда решен на первом соборе верховных апостолов, и никакие постановления адвентистских конференций не в силах что-либо тут изменить.

XXI. Почитание субботы в теории и практике

Практическая невозможность соблюдать заповедь о субботе в Новом Завете в том виде, в каком она дана была на Синае, вытекает из тех трудностей, какие исполнение этой заповеди собою представляет. А именно, в отношении а) времени, б) приостановки всякой деятельности, в) путешествий, г) воспрещения труда всем домочадцам.

а) Время

У древних евреев Суббота начиналась за тридцать минут до появления трех больших звезд. Адвентисты такой точности не держатся и считают субботний покой с солнечного захода в пятницу и до захода солнца в субботу. Но считают они этот «заход солнца» различно: одни приурочивают его к концу своих занятий, когда человек покидает службу и отправляется домой; другой считает, что Суббота началась, когда он переступил порог своего жилища; одни считают допустимым еще исполнить наскоро мелкие домашние работы; другие — более строи и приступают, придя домой, немедленно к молитве.

К этой разноголосице приводит еще для многих трудность установить точно момент захода солнца; для жителей больших городов это, действительно, нелегко и им приходится справляться с календарем, но тут возникает вопрос верности часов.

Те же затруднения сопровождают и определение момента окончания субботнего покоя. Лично я, когда был еще адвентистом, привык кончать свою работу по календарю, но я знаю, что большинство исчисляет сроки очень различно. Вообще адвентисты считают, что главное зло в чествовании Воскресения, и что если оно отвергнуто, то с субботой поступают более или менее произвольно.

Иному читателю, это разнообразие в сроках может показаться мелочью, но не следует упускать из виду, что адвентисты особое значение придают именно субботе, для них она не один из семи дней, а седьмой день недели. Если бы их Суббота была бы одним из дней недели, то им не было бы нужды расходиться с прочими христианами, празднующими воскресенье, или магометанами, чтящими пятницу. Но трудность соглашения с адвентистами в том, что они на основании Библии отстаивают свою субботу и с упорством утверждают, что днем покоя должен быть именно седьмой день недели, день, освященный Богом и названным им «Мой святой день».

Действительно, для держащегося буквы Ветхого Завета такое утверждение не подлежит сомнению. Но какая практическая возможность хранения субботнего покоя в прежнем его виде? В пустыне и в Палестине для древних евреев это было весьма просто. Как только зашло солнце в шестой день недели, на всей территории, занимаемой евреями, начиналась для всех одновременно Суббота.

Такое же единообразие и точность и с окончанием Субботы, которая длилась ровно двадцать четыре часа. Этот промежуток времени и считался святым днем Божиим. Но с рассеянием евреев и с появлением адвентистов во всех странах света получается большая неразбериха. В то время как в Палестине люди еще трудятся, в Японии уже началась Суббота; субботний покой в Палестине в полной силе тогда, как в Америке субботники заняты работой. Ныне каждый соблюдает субботу по своему исчислению. В Австралии — субботний покой, а в Германии еще идет работа. Отсюда видно, что одновременное и согласное соблюдение субботнего покоя невозможно. Поэтому, чтобы не согрешить против заповеди, нужно или держаться Палестинского времени, или удлинить субботу до тридцати шести часов. Но в этом случае нарушается первая часть заповеди, где сказано: «Шесть дней делай». Адвентисты на эти доводы только улыбаются и отвечают, что это несущественно и что сроки Субботы положены от захода до захода солнца. Но в таком случае на северном полюсе адвентист летом праздновал бы субботу целые сутки, а зимой был бы ее вовсе лишен.

Честный адвентист должен признать, что святой день Божий в двадцать четыре часа невозможно в точности соблюсти во всех странах света. Таким образом, теряет силу и смысл их возражение против всякого другого дня, например, воскресенья. Как относиться к такому оригинальному положению: когда, например, американские адвентисты хранят субботний покой, то в Японии уже воскресенье, последнее где, по мнению адвентистов «знак зверя», так что японских адвентистов следовало бы считать поклонниками «зверя».

Но помимо этих несообразностей в практике соблюдения Субботы, мы уже в Ветхом Завете находим поправки. Так, через «стояние» солнца (Нав.10:2-13) или возвращение солнца вспять (Ис.38:8) истинные сроки на Синае установленной Субботы передвинуты так, что никак нельзя говорить о святом дне Божием в смысле возвращения одного и того же периода времени, каким он был при сотворении мира и оставался таким же в эпоху Синайских законов.

Но оставим эти крайности.

Адвентисты составили таблицу-календарь на каждый год. Передо мной такая таблица на 1920 год; в ней предусмотрено точное начало суббот на весь год. Например, для Германии: в Восточной Пруссии 2 января — 3 ч. 28 мин., на Рейне — 1 ч. 34 мин. Различие в один час слишком. Одна из групп адвентистов допускает еще большую несогласованность.

Некто Кейхениус издал сочинение, в котором старается доказать, что субботники пребывают в заблуждении и что наше счисление опаздывает на четыре дня, так что истинный «святой день Божий» приходится на время с понедельника вечера и до вторника вечера. Таким образом, понедельник есть в сущности пятница.

Бедные адвентисты! Думают, что празднуют субботу, а на самом деле это среда. Автор этого исчисления обращался даже к правительству с ходатайством официально ввести в обиход его поправку. Правительство, однако, не нашло этого нужным. Бедные субботники! Приняв заповедь о субботе, они обязались ее буквально исполнить.

Что же им теперь делать? Где же истина? Безупречно ли их исчисление субботы, а если нет, то они могли бы принять и воскресный покой.

Пусть же адвентисты оглянутся и вникнут в то, как Евангелие, распространяясь по лицу земли во времена язычников, попутно внесло коренное изменение в смысл четвертой заповеди, подумают и о том, что Господин Субботы пригвоздил эту заповедь ко кресту и чрез Воскресение Свое передал Церкви то, что было в этой заповеди вечного и непреходящего, а именно празднование первого дня недели, отбросив робкие ограничения времени и прочие установления, упраздненные совершенным Им подвигом.

б) Приостановка всякой деятельности

Наряду с вопросом о времени большое значение имеет и вопрос о труде. В наше время требования этой ветхозаветной заповеди прямо неисполнимы. На пропаганду адвентистов рабочему обычно приходится отвечать: «Если я буду праздновать субботу, то лишусь места или работы». На это строгий проповедник адвентизма дает непреклонный ответ: «Это не ваше дело; вы должны повиноваться лишь Богу одному и в седьмой день не работать».

С точки зрения адвентистов, признающих букву Ветхого Завета нормой для настоящего времени, оно, пожалуй, и верно, но не так это просто на деле. Как гласит заповедь? «Не делай в оный (день субботний) никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришелец который в жилищах твоих» (Исх.20:10). И еще определеннее подтверждается неисполнение заповеди угрозой смерти в Исх.35:2. Поэтому весьма важно знать, что Господь разумеет под трудом. Если человек в субботу расколет немного дров, чтобы приготовить детям горячей пищи, и за это должен был быть побит камнями (Числ. 15:35), то это было следствием категорического воспрещения Божия под угрозой смерти воздерживаться от всякой работы. Человек думал, что колоть дрова не есть работа, но Бог полагал иначе. Так что в те времена колка дров или сбор хвороста были преступлением заповеди о субботе.

Как же относятся к такой строгости современные адвентисты?

Трудно себе представить, что в очах Господа сбор хвороста есть большое нарушение заповеди, нежели ношение угля из подвала в теперешнее время. Колка дров запрещена была, так как находилась в связи с другим запрещением: «Не зажигайте огня во всех жилищах ваших» (Исх.35:3). Из этого видно, что Израилю запрещено было разводить огонь, готовить еду и печь (Исх.16:23). Современным хозяйкам-субботницам в городах можно обходиться без колки дров и сбора хвороста, а ходить за углем в подвал, ведь, не запрещено; в этом отношении их положение выгоднее, нежели в древнееврейские времена. Но хуже дело обстоит с разведением огня: зимой, в мороз идет снег, дети мерзнут и нечем согреться, потому что нет ничего горячего в кухне. И вот, к таким верующим приходит проповедник, о котором мы только что упомянули выше и застает семью в холодной и темной комнате. Конечно, он должен бы похвалить такое ревностное усердие в исполнении заповеди. Но не тут то было. Он, который проповедовал рабочему, слепое исполнение воли Божией, хотя бы с риском потери должности, или работы, теперь, попав в столь неуютную обстановку, будет смеяться над таким узким пониманием заповеди и скажет, что то, что хорошо было для евреев в пустыне и Палестине, не годится для нашего времени. Слава Божия не увеличится от того, что мы будем сидеть в холодной и темной комнате, с пустым желудком. Последнее замечание нельзя не признать вполне справедливым, но оно крайне непоследовательно; у адвентистов не редко замечается произвольность толкования, и поэтому на деле от неизменности и непреложности заповеди остается весьма немного. Правда, много слышно разговоров о том, что ни одна йота из закона не должна прейти, но говорящие так сами и не думают проявлять послушание, которого ожидают от других. Заповедь предписывает не только покой, но и действия. К тому же адвентисты, соблюдая субботний покой, не работают и на следующий день, так как живут среди христиан, и таким образом рабочая неделя их состоит из пяти дней. Воздавая честь закону, субботники бесчестят Бога. Убежденный субботник, желающий соблюдать четвертую заповедь, обязан работать в первый день недели и отдыхать на седьмой. И несмотря на свою непоследовательность и промахи, адвентисты еще упрекают всех без различия несогласных с ними, говоря, что «они не от Бога, потому что не хранят Субботы» (Иоан.9:16).

Адвентисты неутомимо вербуют себе сторонников, но ни один из них буквально заповеди не соблюдает. Но если бы по букве закона они и хранили заповеди, то какая от того польза, если это соблюдение происходит не так, «как заповедал Бог» (Втор.5:12). Уже если были запрещены столь необходимые в повседневной жизни действия, как колка дров, разведение огня, варка пищи, то с какой тщательностью должен был храниться предписанный Богом субботний покой? Как же возможно стало, что адвентисты так легко стали относиться к этой заповеди? Они говорят о необходимости хранить субботу, но не имеют основанного на Библии определения, как должна быть исполняема заповедь о субботе. Еще менее касаются они взысканий за малейшие нарушения. Например, принятие пищи в субботу; не только сбор манны был в этот день запрещен, но и приготовление ее в пищу. «Завтра покой, святая Суббота Господня; что надобно печь, пеките, и что надобно варить, варите а что останется, отложите и сберегите до утра» (Исх.16:23).

Как же нынче исполняется эта заповедь? Нарушение запрета разводить огонь наблюдается повсеместно; также огромное различие в толковании и понимании заповеди о пище.

У одного нет времени приготовить полный обед в субботу, и потому он ограничивается только варкой; иной разогревает остаток от вчерашнего обеда, а третий воздерживается в субботу от теплой пищи. Но последних очень мало. Большинство следуют правилу гжи Уайт, которая разрешала в субботу праздничную и обильную еду. Но как же тогда относиться к требованию Божию «не разводить огня, не варить и не печь».

в) Путешествие в субботу

Св. Писание с ясностью говорит, что под запрещение трудиться подходит и запрет оставлять место своего жительства: «Оставайтесь каждый у себя, никто не выходи от места своего в седьмой день» (Исх.16:29-30). Это запрещение было израильтянам понятно; они не покидали своего места, и отсюда происходит название «субботний путь» (Деян.1:12). Но современные проповедники-адвентисты находят вполне возможным в субботу передвигаться из одного места (страны) в другое и явно нарушают заповедь о субботнем покое.

«Не должно вам делать, ни пришельцу в жилищах ваших». То обстоятельство, что путешествующий в субботу адвентист пользуется услугами машиниста, или вожатого его не смущает; он громогласно проповедует строгость субботнего покоя, а к себе применяет эту проповедь по своему личному усмотрению. Но такую свободу позволяют себе главным образом проповедники; рядовые члены обычно воздерживаются, как от дальних путешествий, так и от поездок на трамвае и пр.

Иные отказываются от долгого заморского плавания, длящегося более семи дней, чтобы не нарушить в пути субботу. Все это свидетельствует об ограниченности понятий, но все же поступающие так честнее, нежели их проповедники, разъезжающие по субботам.

г) «Ни ты, ни раб твой, ни пришелец…»

Хорошо, если адвентист может располагать собою лично и воздержаться от путешествия, или вообще труда, труднее обстоит дело при сношениях с внешним миром. Нет в наше время ни одного субботника, который жил бы без всякого соприкосновения с окружающим миром и не зависел бы от труда других людей; действительно, он ест хлеб, испеченный в субботу; пьет молоко, подоенное в субботу; читает газету; пользуется газом, электричеством и пр.

Когда я был субботником, то старался выполнить заповедь о покое с полной строгостью, что было подчас не легко. В субботу я писем не писал, ни отправлял; конечно, почта приходила ко мне, но я отказывался принимать ее в предположении, что этим облегчаю работу почты; позже я сообразил, что этим я лишь затруднял труд почтальонов.

Когда приходилось писать за границу, то я высчитывал сроки так, чтобы ответ не мог придти в субботу; но вычисления мои не оправдывались, и нередко по субботам, вопреки моим расчетам, поступала на мое имя обильная корреспонденция. Я вошел в соглашение с типографией, печатавшей мои нотные издания, не печатать для меня по субботам. Мне это было обещано, но вот, оказалось, что я получил исполненный заказ как раз в субботу, что доставило мне огорчение, так как я надеялся, что на моем предприятии не лежит проклятие нарушенной Субботы.

Немедленно написал я своему типографщику просьбу впредь высылать мне работу с таким расчетом, чтобы я ее не получал по субботам. В результате этого письма последующие посылки приходили уже по средам. Но вот, однажды просмотрев накладную, сопровождавшую товар, я заметил, что последний отправлен в субботу. На мой запрос типографщик объяснил мне, что пароход идет лишь два раза в неделю: в среду и субботу, и что если он отправляет товар в субботу, я получаю его в среду, отправленный же в среду прибывает в субботу! Я тогда прибег к более дорогому способу отправки по железной дороге. Другой пример: запас бумаги у меня оказался исчерпанным. Меня посетил комиссионер по этой части, и я дал ему заказ, но с условием, чтобы бумага не изготовлялась и не отправлялась в субботу. Мой заказ не был принят к исполнению на том основании, что бумажная фабрика работает непрерывно изо дня в день; таким образом во всем мире нельзя достать ни одного листа бумаги, который не был бы запятнан осквернением Субботы.

Это только два примера, но такие затруднения встречались на каждом шагу, и это то и привело меня к освобождению от ига субботней заповеди. Я понял, что заповеди Божии нельзя произвольно изменять, как нельзя налагать на себя соблюдение заповедей, данных в иное время, иному народу и при иных обстоятельствах. В пустыне или в Палестине субботняя заповедь могла быть точно исполнена, но такое же исполнение ее в наше время и невозможно, и смешно.

Когда субботник в пятницу вечером, спустя одну минуту после захода солнца, чтобы попасть скорее домой, садится в трамвай, читает при свете лампы Библию, и затем за теплым ужином выражает сожаление о том, что миллионы людей, работая в это запрещенное время оскверняют святой день Божий — субботу — то ему следовало подумать о том, что он сам нарушил ее в этот вечер. Наилучшее и радикальное излечение от всяких сомнений и вопросов, связанных с почитанием субботнего покоя, будет то, чтобы чтить субботу в течение трех месяцев, притом точно следуя повелениям Библии, а не примеру адвентистов. Такое испытание подтвердит текст Деян.15:10, а именно, что исполнение Синайской заповеди есть невыносимое иго.

XXII. О духовном значении субботней заповеди

Мы переходим теперь к духовному значению Субботы, и рассмотрим учение о покое субботнем. Субботний покой для Израиля в Ветхом Завете был будущего успокоения во Христе в Завете Новом. Уже в конце рабочей недели Израиль ожидал покоя в то время, как самый покой состоял в прекращении всякого труда.

Почему столь строгое воспрещение самой незначительной деятельности? Потому, что покой во Христе также не допускает никакого личного проявления деятельности… Подвиг Христов столь совершен, что исключает всякие иные дела (Евр.4:10). За труд в субботу полагалась смертная казнь, также как неверие во Христе означает смерть и погибель. Адвентисты так же мало понимают как буквальный, так и духовный смысл субботнего покоя. Если бы они глубже вдумались в первый, то точнее исполняли бы и букву заповеди. А если бы они лучше постигли вторую — духовную сторону заповеди, — то оставили бы вовсе ее соблюдение. «Ибо негде сказано о седьмом дне так: «и почил Бог в седьмой день от всех дел Своих» (Евр.4:4). «То еще определяет некоторый день, «ныне», говоря чрез Давида после столь долгого времени, как выше сказано: «ныне, когда услышите глас Его, не ожесточите сердец ваших» (Евр.4:7).

Точнее и понятнее нельзя высказать ту мысль, что буквальное понятие дня перешло в понятие покоя в смысле отвлеченном, духовном. Запрещение всякого труда в субботний день должно понимать духовно — это вытекает из требования двойного приношения во святилище и следовательно труда в субботу (Числ. 28:9).

Покой Божий есть ничто иное, как проявление святой действительности Божией, а эта есть в свою очередь святой покой.

Христианское понятие о субботнем покое означает: отдыхай от трудов дневных и трудись ради Господа. Послание к евреям открывает нам тайну этого покоя: в первой главе описана слава Сына; во второй — преимущество слова Его над словами ангелов; глава третья касается большей чести, принадлежащей Иисусу, как Сыну «во всем доме Его», нежели Моисею, который лишь слуга в «доме», ибо Моисей возвещал о делах грядущих (Евр.3:5) В четвертой главе выступает высшая ценность духовного покоя по сравнению с покоем по букве заповеди. Покой древних находился в тесной связи с покоем седьмого дня, покой же во Христе тесно связан с совершением подвига Его и с верою в Него. Для этого покоя назначен новый день «ныне» (Евр.4:7). Нам предпослано увещание войти в этот покой (ст.11) и, конечно, не для празднования опять седьмого дня. Вошедший в этот покой должен, как и священники во святилище, по примеру самого Бога, быть занят, не только в седьмой день, но изо дня в день, делами Божиими. Покой для него не ограничивается седьмым днем, но длится все семь дней. В раю не было вечера, но о каждом дне, за исключением седьмого дня, сказано: «Был вечер, и было утро». Так что ни вечер, ни утро не могли положить предела покою; лишь грех вызвал необходимость нового творения во Христе.

Седьмой день прикреплен в древнему творению. Христос одновременно и Творец и покой нового творения. Он есть покой верующих, во времени ограниченный понятием «ныне».

По окончании Своего творчества Бог почил в седьмой день.

Иисус, закончив Свой земной подвиг спасения рода человеческого воскликнул: «Свершилось!» (Иоан.19:30). Будучи истинным покоем субботнем, Иисус взял с Собою в гроб законом предписанный субботний покой седьмого дня; там последний и покоится, и у нас нет оснований извлекать его оттуда. Христос оставил его там вместе с формой древнего закона. Пелены, свидетельствующие о делах, остались во гробе; оставим их там вместе с субботой, так как, вызвав ее вновь к жизни, мы тем самым становимся и под проклятие закона. Суббота была дана евреям после того, как был заклан пасхальный агнец. Вещественный агнец и еврейская Суббота родственны по духу и содержанию; видимое спасение плотского народа израильского и буквально соблюдаемая Суббота неразрывно связаны вместе (Неем.9:9-14). Так и истинный субботний покой нераздельно соединен невидимыми узами с истинным примирением и истинным спасением во Христе и через Него. Дополнять это спасение еще соблюдением законнической Субботы, значит, проявлять полное непонимание совершенного Иисусом подвига.

Храм, Дом Божий, был свят, но Христос был более, нежели храм, будучи Сыном Божиим; Суббота свята, но Христос больше Субботы, так как Он Господин ее.

XXIII. Суббота и пророчества

Адвентисты неутомимо пользуются пророческим словом для своей пропаганды. Собственно, все их почитание Субботы основано на ложном толковании пророков. Ошибку, допущенную ими в 1844 году, когда они в этот год ждали пришествия Христова, они постарались исправить тем предположением, что в этот 1844 год Христос действительно пришел, но не на землю, а вступил в святилище небесное, чтобы очистить его от накопившихся в нем на протяжении времени грехов! В этом, по мнению адвентистов, следует видеть совершение великого дня примирения. Таким образом они перенесли великий день примирения с Голгофы на 1844 год; по этому слово «свершилось», произнесенное Иисусом Христом на кресте, не имеет для них того значения, как для прочего христианского мира. К тому же они ошибочно толкуют слово о втором козле, символически понесшем на себе грехи; под ним они разумеют сатану, вследствие чего весь спасительный подвиг Иисуса Христа для адвентистов покрыт как бы тенью. Понятно теперь, что такому материальному представлению о святилище соответствует и материальное понимание Субботы. Допущение мысли, что дело Христово могло быть не вполне совершенным, или неоконченным, приводит по необходимости к полному или частичному возвращению под закон, к принятию материального представления о святилище и такой же субботе.

Вторую ошибку адвентисты делают в толковании Дан.7:25 — «И возмечтает отменить времена и закон». По Св. Писанию это учинит рог, о котором говорится в ст. 8 и под которым адвентисты разумеют римско-католического папу; отмена времен и закона по их мнению есть замена Субботы воскресением. Для многих, несведущих в Святом Писании, этот довод кажется неоспорим. На римскую религию столь много нападок, что и эту вину люди склонны поставить ей в счет, тем более, что римское духовенство само себе приписывает эту реформу. Адвентисты упрекают и все прочие христианские церкви в слепом подчинении авторитету Рима.

Почему адвентисты столь охотно приемлют только это утверждение римской церкви, а не соглашаются и с ее утверждением, что спасение единственно только в ней и что только в ней преемственность преданий от апостола Петра? Почему они приемлют литургию, но отвергают таинство покаяния? Но они решительно заблуждаются и в отношении «малого рога», разумея под ними папство, и приписывая учреждение воскресенья римской церкви. По объяснению адвентистов, десять рогов четвертого зверя (Дан.7:19-20) суть десять царств Западной Римской империи, возникших после переселения народов, начавшегося в 374 году Р.Х. Малый рог, сокрушивший три царства и после того отменяющий закон и времена, адвентисты считают папской властью середины 4-го века Р.Х.

Помимо того, что это толкование пророчества ложно, мы, кстати, заметим, что о перенесении празднования с Субботы на воскресенье в 538 году Р.Х. ничего не известно.

Адвентисты не хуже других знают, что воскресенье чтилось уже первыми христианами — хотя, возможно, многими одновременно с субботою — и что впервые император Константин официально узаконил празднование воскресенья в 321 году. Поэтому в 538 году чествованию воскресенья шел уже пятый век, а со времени его узаконения прошло 2 столетия.

Адвентисты, возвращаясь к своим доказательствам, ставят в вину епископам, жившим в 538 году, празднование воскресенья, установленное еще при императоре Константине. Но так можно современному правительству ставить в вину ошибки, допущенные в средние века, а Лютера обвинять за либерализм лютеран нашего времени.

Священное Писание говорит: малый рог восстанет после десяти царей, и что именно этот малый рог вознамерится отменить времена и сроки. малым рогом в полноту времени был Антиох Епифан, а в конце времен таковым будет антихрист.

Даже если допустить, что папство, действительно представляет собою малый рог, то во всяком случае оно не повинно в узаконении воскресного дня и изменении четвертой заповеди.

Другим пророчеством, которое искажают адвентисты, является текст Ис.56:1-7. Первый стих, по мнению адвентистов, означает второе пришествие Христа, а второй будто бы возвещает, что к тому времени все люди будут праздновать субботу. Не только одни евреи, но и язычники имеют в ст. 6 указания, как соблюдать субботу. На вопрос, о каком субботнем покое здесь говорится: о духовном или буквальном, материальном, адвентисты отвечают: конечно, о материальном. Допустим, что это так. Но вот как гласит седьмой стих: «всесожжения их и жертвы их будут благоприятны на жертвеннике Моем, ибо дом Мой назовется домом молитвы». Теперь, если спросим адвентистов, следует ли эти всесожжения понимать буквально, они ответят: «нет, то жертвы духовные». Вот образец тактики адвентистов! Ловким маневром они выхватывают пророчество без связи с общим повествованием, и самоуверенно проповедуют: первую часть следует понимать буквально, а другую — духовно.

Но каков истинный смысл пророчества? На основании его мы верим в буквальное восстановление Субботы, но только для понятого в буквальном смысле еврейского народа, который соберется в действительной Палестине, отечестве своем. Там евреи будут иметь свой дом молитвы и станут приносить жертвы и за народы, над которыми они будут господствовать.

Можно, пожалуй, этот седьмой стих применить и к нашим условиям и времени, но, конечно, понимая субботу и жертвоприношения в духовном смысле.

Пророк Исаия в 66:22-23 также говорит о восстановлении Субботы в том же смысле, как и глава 56-я. Адвентисты охотно ссылаются на стих 22-ой, упоминающий о новом небе и новой земле, и утверждают, что на новой земле уже не будет евреев, но все человечество будет знать одного Бога. Однако, при внимательном чтении легко убедиться в том, что празднование Субботы и новолуние не находятся ни в каком отношении к стиху 22-му. там своего рода соглашение и обещание, сходное с тем, какое мы находим у Иер.31:35-37; 33:25-26. Как несомненно то, что будет новая земля, столь же непреложны и обетования о семени Израиля. Названная здесь земля не имеет ничего общего с празднованием Субботы. Но если бы в этом тексте действительно имелось в виду тысячелетнее царство, а ст. 22 и 23 были по смыслу взаимно связаны, то и в таком случае текст этот ничего не говорит нашему времени.

Кроме того, в то время как Ис.56 Суббота связана с жертвами, здесь, Ис.66, понятие Субботы соединяет с празднованием новомесячия.

Однако, о праздновании на деле новомесячия также как и о принесении ими жертв всесожжения, мне у адвентистов ничего не приходилось слышать.

Правильно или нет толкование, что обе главы Ис.56 и 66 имеют отношение к грядущей судьбе Израиля — во всяком случае, приходится допустить, что, если в этих текстах предъявляются обязательные требования и к нам, мы не имеем права лишь частично распространять эти требования и на себя. Ясно одно: кто на основании Ис.56 и 66 считает нынче нужным буквально исполнять предписания о субботе — пусть делает это. Но в таком случае ему логически придется и приносить жертвы и праздновать новомесячия.

Пророк Иезекииль говорит о восстановлении Субботы в 46:1-4. Однако и тут мы читаем, что жертву приносит только князь, а народ в субботу и в новомесячие будет стоять при входе в ворота внутреннего двора.

И здесь ясно, что этот текст относится к будущей субботе еврейского народа, а адвентисты хорошо сделают, если не будут вовсе пользоваться этими текстами, или же полностью и точно выполнят предписанные в них обряды.

XXIV. Печать Божия и начертание зверя

7 и 13 главы книги Откровения толкуются адвентистами обычно в конце публичных призывных собраний ими устраиваемых; эти толкования венчают их доклады. Несомненно, читающий эти главы, не колеблясь предпочтет иметь печать Божию, нежели начертание зверя. Выбор не труден; достаточно стать истинным субботником, чтобы быть запечатленным и избавленным от пагубного начертания зверя. Печать Божия, ведь, есть почитание Субботы, а начертание зверя — воскресенье. Так учат адвентисты. Но, проверим это объяснение на основании Св. Писания.

Будучи адвентистом, я никак не мог уяснить себе, почему Суббота есть печать Божия, но встречается для нее обозначение: знамение. Тогда уж обрезание скорее можно назвать печатью, так как Аврааму этот обряд дан, как печать. Надо полагать, Отк.7:2-3 под печатью Божией разумеет Духа Святого в связи с Еф.1:13; 4:30; 2Кор.1:22 и в особенности Иоан.6:27. Как бы то ни было, наименование Субботы печатью можно найти лишь в сочинениях адвентистов. Читая Отк.7, мы находим, что запечатленными будут евреи, поровну от каждого колена; и не чрез запечатление люди причисляются к евреям, как толкуют адвентисты, но берутся из евреев и подвергаются запечатлению новому. Я уверен, что большинство проповедников-адвентистов не особенно твердо верят в правильность такого толкования, почему о печати они обычно говорят меньше и сдержаннее, нежели о начертании зверя. Здесь адвентисты действуют устрашением и достигают цели, запугивая колеблющихся из числа слушателей своих. Действительно, предостережение в Отк.14:9-14 особенно годится для устрашения прочих людей. Независимо от возмездия, кому охота поклоняться Риму и носить его начертание?

Но рассмотрим этот вопрос подробнее. На каком основании адвентисты считают воскресенье начертанием зверя? Потому что римско-католическая церковь будто бы превратила субботу в воскресенье, тогда как мы уже видели, что малый рог у Дан.7:20 (а по мнению адвентистов он тождествен со зверем в Отк.13) явился слишком поздно, чтобы привести это в исполнение. Перенесение Субботы на воскресенье произошло за несколько веков до появления малого рога среди десяти больших. В Отк.13 мы видим повторение того же. Появляется зверь, увенчанный десятью рогами; так что десять царств были ему подчинены уже в 538 году (я придерживаюсь объяснения адвентистов). Второй зверь в Отк.13:11 по их мнению — протестантские церкви; земля (ст.12) — это Америка; образ зверя (ст.14) — слияние церкви и государства; Дух (ст.15) — вступление в силу постановления о воскресении. Проследим пророчество в его связности и цельности, не беря отдельных мест, как делают адвентисты.

Сперва второй зверь в стихе 13 совершает знамения, в том числе ниспосылает и огонь с неба; эти знамения должны будут побудить людей в Америке соединить церковь с государством (ст.14); затем являются узаконения о воскресении (ст.15), и наконец в ст. 16 налагается начертание. Адвентисты утверждают, что образ зверя уже явился в мир и в некоторых странах дает о себе знать. Но — когда появились эти знамения? Где и каким способом начертание (воскресенье!) будет изображено на лбе и правой руке людей? Да, говорят адвентисты, люди головой обдумывают, а правой рукой выполняют празднование воскресенья. Как видно, это объяснение не слишком убедительно. Где же те субботники, которые не могли после 1844 года ничего ни продавать, ни покупать? Сколько их с того времени убито, потому что они не пожелали поклоняться образу зверя — воскресенью?

Адвентисты из латинского наименования Vicarius Filii Dei — наместник Сына Божия, вывели звериное число 666, подставляя цифры на место букв. На суеверных людей такие вычисления производят впечатление, но не в пользу адвентистов говорит то, что подобные фокусы неоднократно учинялись и в отношении других людей, принимаемых за антихриста. Так, подобной операции подверглись имена Юлиана Отступника, Нерона, Наполеона, Римской империи, Французской революции, прибегая к начертанию этих имен на языках латинском, греческом, или еврейском, смотря по тому, как удобнее.

Святое Писание определенно указывает, что звериное число относится к лицу, а не системе управления, и что обозначение станет понятным лишь после того, как обнаружится антихрист, как живая личность. Но если бы применение числа 666 действительно соответствовало названию: наместник Сына Божия (то же число подойдет и к какому-либо другому названию), то этого не достаточно для того, чтобы празднующих воскресенье считать поклонниками зверя. Проследим путь, которым адвентисты пришли к этому заключению.

1. Воскресенье узаконено императором Константином.

2. В ту эпоху римского папы еще не было, а церковь возглавляли епископы.

3. Возникновение папской власти нужно считать с 538 года; в 533 году император Юстиниан признал единым главою церкви епископа римского, и это утверждение вступило в силу по изгнании из Рима ариан.

4. В 1798 году, ровно через 1260 лет, папа был взят в плен французским генералом. Все сюда относящиеся цифры нужно сообразовывать с этим периодом времени.

5. Если приписывать папе перемену Субботы на воскресенье, то по необходимости от него исходит и начертание зверя, так как из латинского титула папы получается, как мы видели, звериное число — 666.

Поэтому адвентисты папу называют зверем.

Хотя общеизвестно, что уже в первые века христианства воскресенье праздновалось христианами и в 321 году учреждено для язычников официально императором Константином, адвентисты виновником воскресенья считают папу, введшего это празднование будто бы в 538 году; а воскресенье считают начертанием зверя.

Соблюдение покоя субботнего не обременительно. В пятницу вечером магазины обычно закрыты, так что исполняется запрещение: ни покупать, ни продавать. За отказ от несения службы несколько солдат отсидело в тюрьмах; на этом основании адвентисты считают, что над ними сбылось пророчество о великом угнетении в Отк.13:15. Впрочем, по постановлению главного совета адвентистов в 1914 году субботний покой отменяется, если это нужно для защиты отечества, и каждый адвентист без ущерба для своей совести может участвовать в военных действиях. Как бы в награду за такое смирение адвентисты к себе применяют слова Отк.14:12: «здесь терпение святых, соблюдающих заповеди Божии и веру в Иисуса». Но они заблуждаются: эта честь принадлежит не им, и не тем или иным верующим настоящего или прошлого времени, — но мученикам, пришедшим «от великой скорби», которая наступит лишь с личным появлением антихриста. Подобные измышления не выдерживают критики ни пред лицом разума, ни исторической правды. В первые века христианства существовал обычай праздновать первый день недели, но тогда еще не было папского престола.

Реформация в средние века отменила многие учреждения католической церкви, но никто из реформаторов даже и не подумал, что Воскресение, как «начертание Рима», должно подлежать отмене. Если бы мнение адвентистов имело под собой малейшее основание, то в то время, без сомнения, было бы предпринято что-либо против воскресенья. Но адвентистов труды и принципы реформации не интересуют. «У нас», — так говорят они, — «истинная реформация, так как мы храним заповеди Божии».

Хотя в Отк.22:14 и сказано: «Блаженны те, которые соблюдают заповеди Его», мы повторим здесь еще раз, что соблюдение заповедей Божиих есть нечто отличное от празднования седьмого дня на основании произвольных толкований.

XXV. Проповедуй Евангелие!

Выражение «проповедуй Евангелие» встречается в Новом Завете пятьдесят раз; «проповедуй Христа» — двадцать три раза; «проповедуй слово» — семнадцать раз; «проповедуй царство» — восемь раз; но повеления «проповедуй закон» мы не находим ни разу.

Но адвентисты поступают иначе. Закон является главным содержанием их проповеди и сущностью их богослужений. Если бы адвентисты научились правильно понимать и толковать закон, то они увидели бы, что для оправдания их учения о субботе в Новом Завете нет ни малейшего основания. Их одностороннее и ошибочное распространение понятия закона на десять заповедей ведет их к дальнейшим многим заблуждениям. Точное понимание слова закона покажет нам, что в девяти из десяти случаев под ним разумеется Пятикнижие Моисея. А в этих книгах заключается многое, — с чем согласятся и адвентисты — что непримиримо и не годно для новозаветного периода. Если они, действительно, уверены в том, что призваны проповедовать закон, то пусть проповедуют его полностью вместе со всеми дополнениями и уставами, в свое время обязательными для Израиля, не исключая обрезания и жертвоприношений. Евреи, которые в этом вопросе несомненно компетентны, скажут нам, что закон есть все Пятикнижие Моисея. В этом вопросе адвентисты проявляют полную несостоятельность.

Один из их проповедников, Бутлер, в своем разборе Послания к Галатам говорит так: «Под законом евреи обычно понимают пять книг Моисея, присоединяя к ним и все установления нравственного и общественного порядка, коими определялась жизнь еврейства». Читая Новый Завет, мы приходим к тому же мнению. Например, в 1Кор.14:34 женщинам повелевается подчинение согласно «закону». А закон этот мы находим в книге Бытие 3:16. В Рим.7:7 написано: «Если бы закон не говорил: не пожелай». Опять, этот закон мы найдем в книге Исх.20:17. В Матф.22:36 законник спрашивает, какая важнейшая заповедь в законе? Господь Иисус в виде ответа приводит постановления книг Втор.6:5 и Лев.19:18. В Матф.12:5 Иисус спрашивает Своих обвинителей, не читали ли они в законе, что священники в нарушении Субботы невиновны. А этот закон находится в Числ. 28:9.

Можно бы привести еще целый ряд доказательств, но думается мне, изложенного достаточно, чтобы показать, что закон не ограничен десятью заповедями, но охватывает собою все пять книг Моисея. Если адвентисты, уклоняясь от проповеди Евангелия, или Христа, или вообще Слова Божия, хотят проповедовать закон, то пусть будут последовательны и проповедуют его полностью. Тем более, что, как мы выше сказали, важнейшая и величайшая заповедь закона (Матф.22:36-40) не находится в числе десяти заповедей.

Напротив, эти последние поставлены в зависимость от двух главнейших: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и ближнего твоего, как самого себя».

Весь закон со всеми его предписаниями нравственного, общественного и национального характера дан Моисеем, но благодать и истина явились в Иисусе Христе (Иоан.1:17).

Необходимо принять то или иное решение. Нежелающий признавать, что Христос есть конец закона (Рим.10:4), и что Он исполнил весь закон (Кол.2:14-6), чрез это свое непризнание считает себя пребывающим в детском возрасте и нуждается в детоводителе (Гал.3:24).

Закон дан Моисеем, и никто не имеет права от этого закона что-либо отнимать, или к нему прибавлять, или выбирать в нем для себя то, что нравится. Кто хочет проповедовать закон — пусть поступает, как евреи: проповедуй его полностью и живи по нему; храни субботу, согласно Священному Писанию, обрезывайся, приноси жертвы, справляй седмицы и юбилейные годы и пр.

Но, поступая так, не принуждай других следовать твоему примеру, и помни, что мы, христиане, не нуждаемся более в детоводителе (Гал.3:25). Мы — дети Нового Завета — не находимся под законом, но пребываем под благодатью (Рим.6:14). Мы живем под новым законом свободы, т.е. законом, Христа. Поэтому мы проповедуем не закон, но Евангелие, и к этому же приглашаем адвентистов.

XXVI. Градусник определяет температуру, но не излечивает болезнь

Адвентисты любят пользоваться также и текстом Рим.7:12.

Взятый без соотношения с предыдущим и последующим, текст этот, как будто удобен для проповеди закона. Он гласит: «закон свят, и заповедь свята и праведна и добра». Также подходит и Рим.3:32, где сказано: «Итак мы уничтожаем закон верою? Никак, но закон утверждаем». Но нельзя из той, или иной главы выхватить какой-либо текст и приписывать ему самодовлеющий смысл, ибо такое обращение со словом Божиим не только преступно, но и приводит к большим заблуждениям. Читая послание к Римлянам добросовестно и последовательно, только и можно понять содержание, например, 3-ей главы. Евреи, ревниво стремящиеся к точному соблюдению закона (Рим.2:17) на самом деле со всей их ревностью недалеко ушли (Рим.2:28-29).

Но знание закона и дела по закону никаких преимуществ пред язычниками не дают (Рим.3:12-20), и апостол хочет им доказать, что есть нечто лучшее, а именно праведность по вере в Иисуса Христа (ст.22), праведность, приобретаемая даром по благодати Его (ст.24) без помощи закона, но законом свидетельствуемая (ст.21). Поэтому для достигших благодати исключена всякая похвальба (ст.27).

Человек оправдывается одной верою, а не делами закона (ст.28).

Однако, в этих стихах, столь определенно отстраняющих закон, нет никакого неуважения к закону; напротив, закон приводит к познанию греха (ст.20). Из всего, что ап. Павел говорит в последующих главах, а особенно в главе 7-ой (о чем раньше подробно сказано) поверхностный читатель мог бы сделать заключение, что закон не только не совершен, но что он даже греховен. Таково, например, сильное выражение стиха 5-го: «когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти». Подобно и стих 6-ой: «Но ныне, умерши для закона, которым мы были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить в обновлении духа, а не по ветхой букве». Равным образом и стихи 8-11 свидетельствуют о связи закона с грехом и смертью, давая повод к различного рода заключениям. Во избежание возможных заблуждений апостол тут же и добавляет: «Посему закон свят, и заповедь свята и праведна и добра». Не закон греховен, но грех обнаруживается благодаря закону и делается явным для сердца. Через закон познается грех. Он подобен медицинскому градуснику, показывающему лихорадочное состояние больного. Закон есть также зеркало, в котором евреи должны были видеть свои грехи. Если бы евреи поняли тогда благие цели закона, то в смирении склонились бы пред Христом и молили бы о милости, сознавая бессилие свое исполнить закон во всей его точности. Но еще у Синайской горы они дали определенный ответ: «Все, что сказал Господь, исполним» (Исх.19:8).

Нынешние еврействующие христиане вторят этим словам. Безумно полагать, что градусник, поставленный больному, может излечить его. Неразумные люди, увидев себя в зеркале и найдя свои лица недостаточно красивыми, разбивают это зеркало и ломают градусник, если он показывает высокую температуру. Закон, содержавший десять заповедей, служил евреям для познания греха и имел целью побудить их искать спасения в жертвенной крови.

Закон сам по себе ни в чем не мог им быть полезен. «Как закон, ослабленный плотью, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти» (Рим.8:3).

Но чада благодати имеют иной закон, закон духа жизни во Христе Иисусе, который был неизвестен в древние времена, но, явившись в Пятидесятницу, открыл миру сущность греха. Закон тот не только обнаруживает грех; он указывает на Спасающего от греха, и свидетельствует миру о праведности (Иоан.16:8).

И этот закон духа, хотя и неизмеримо превосходнейшего закона Синайского, не может нас оправдать, ибо: «оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом чрез Господа нашего Иисуса Христа» (Рим.5:1). Кровь Его очищает нас от всякого греха. Как бы свят, праведен и добр ни был закон, он не может иначе, как только осуждать грешного человека.

Всякая попытка чрез исполнение буквы избежать этого осуждения, лишь глубже погружает человека в болото греха. Лишь спасающая рука Единого Избавителя, Иисуса Христа, извлекает нас из глубины и переносит на твердую скалу Нового Завета, где мы, освободившись от Синайского закона, вступаем в новую жизнь. Этот закон, имеющий в основе любовь к Богу и ближнему, ничего не говорит о несовершенных и специально еврейских предписаниях.

XXVII. Жизнь христианина основана на факте воскресения Иисуса Христа

Если после всего сказанного кто-либо еще спросит, где в Новом Завете изложено повеление о праздновании воскресенья, то этим он покажет, что не понял всего изложенного. Мы можем вопрошающему лишь посоветовать читать и перечитывать Библию, пока не поймет сущности заповедей Божиих и что означает благодать Божия, явленная в Новом Завете, где нет места ни еврейскому, ни христианскому субботничеству.

Против самого названия Субботы нет оснований возражать, если только христианский день покоя не обременяем установлениями еврейской Субботы. Иначе спадем в ошибку горшую, нежели заблуждение адвентистов. Первый день недели не имеет отношения к закону, но находится под действием благодати. Это день, неразрывно связанный с воскресением Христа, освободивший нас от подчинения закону (Гал.3:13).

Христиане очень часто имеют путанное представление о пределах действия закона, который толкователи Библии делят на три части:

1. Нравственный закон десяти заповедей.

2. Закон о жертвоприношениях, преимущественно обрядовый.

3. Законы гражданские.

Адвентисты делают ошибку, считая законы 2-й и 3-й категории недействительными, первые же еще обязательными и для нашего времени. К этому прибавляется еще неясное представление о взаимоотношениях Израиля и Церкви. В древние времена человечество делилось на евреев и прочие народы (язычники); со времени излияния Духа Святого Бог делит людей на евреев, эллинов (народы) и Церковь (1Кор.10:32). Евреи, — древний проводник воли Божией и носитель Слова Его; по возвращении своем из рассеяния они будут исполнителями особой на них возложенной задачи (Рим.11:25); необращенные народы, которым Бог до времени предоставил мир в распоряжение (Лук.21:24), и наконец, Церковь, Тело Христово, источник спасения для современного мира.

Нашему времени возвещается любовь Божия не иная, чем в свое время открытая Израилю, но в ином, более совершенном виде, так как не предшествует Голгофскому подвигу, как прежде, но имеет его позади себя, в прошлом. Церковь более не имеет рукотворного храма, ибо храм ее — Христос, чрез что она сама есть храм Духа Святого (1Кор.3:16). Ей не нужен более седьмой день для празднования Субботы, ибо имеет истинное субботство во Христе, и потому пользуется покоем во все дни. Отличая один из семи дней, она делает это с целью собирать во едино членов своих.

Первый день недели избран ею потому, что она строит жизнь свою на почве Воскресения, и что первый день недели неразрывно соединен с фактом Воскресения Иисуса Христа из мертвых.

Многим христианам еще недостает верного понимания разницы между домостроительствами: древнееврейским и христианским.

Церковь христианскую принято считать продолжением древнего еврейского культа. Если такое понимание применимо к задачам духовного порядка, то совершенно ошибочно в отношении выполнения. Забывают также, что Израиль будет играть роль в будущем.

Бог не совсем отверг народ Свой. О семени Авраама по плоти имеется еще немало обетований, которые обычно относят в духовном смысле к Церкви Христовой.

Поэтому не лишним будет еще раз повторить, что ко кресту пригвожденные не только законы о жертвоприношениях и гражданские потеряли свою силу, но и закон, начертанный на каменных скрижалях, заключавшийся в десяти заповедях. Желающий исполнять закон пусть исполняет не только часть его, но весь, во всей полноте (Гал.5:3). А для пребывающего во Христе уже нет внешнего закона (Гал.5:18, 23). Христос для него стал внутренним законом жизни.

Празднование Субботы относится к Ветхому Закону. Церковь же есть новое Тело (1Кор.12:12-13), ни еврейское, ни языческое; она есть новое творение, на новых началах, в котором не существует ни национальных, ни социальных различий (Кол.3:10-13). Суббота же имеет ярко национальную окраску. Новый Завет охватывает собой новый народ с новой Главою, новыми заповедями и иным днем отдыха и поклонения; день этот есть день Воскресения, в который Христос неразрывно соединился с Церковью (Еф.2:1; Кол.3:1-4). Перед воскресением Христа последователи Его назывались учениками, после же оного — братьями (Иоан.20:17). Израилю дана заповедь о субботе лишь после его освобождения из рабства египетского кровью пасхального агнца и перехода чрез Чермное море к новой жизни. Церковь вступила в первый день своего бытия после того, как обрела спасение чрез совершенный Христом подвиг и сама восстала к жизни чрез Его Воскресение из гроба.

Мы благодарим Бога за данный людям Ветхий Завет и с ним связанную субботу, но еще сильнее наша благодарность за Новый Завет и с ним установленный новый день Воскресения. Суббота была тенью и образом подвига Христова, отражением Его. В этом отражении мы узнаем Его черты. Но личность выше и значительнее ее изображения. Кто, имея у себя портрет своего друга, на этом основании откажется от свидания с ним самим? Церковь построена на основе Воскресения Христа, который в ней обитает. Когда же явился Он Сам, то изображение должно было уступить Ему место и стало ненужным.

XXVIII. Первый день недели в Новом Завете

Первый день недели коренным образом отличался у древних от Субботы. Всякий еврей, за исключением принадлежащих к колену Левину, обязан был хранить в субботу строгий покой. У христиан же, напротив, первый день недели отличается усиленной деятельностью на ниве Господней. В день Воскресения оживленная деятельность и подвижность охватила учеников и женщин и даже ангелов, и все ради воскресшего Иисуса (Иоан.20; Лук.24). То был день великой радости, изумления и поклонения. По прошествии семи дней, опять в первый день недели, один из отсутствовавших учеников. Фома, также имел возможность поклониться Воскресшему (Иоан.20:28).

День Пятидесятницы наступил по прошествии семи седмиц, т.е. 49 дней, после того, как истинное пшеничное зерно было положено в землю, а с ним образно погребена Суббота. То был радостный праздник, день рождения Церкви, и опять первый день недели, но о субботнем покое опять нет речи, ибо это день великой и могущественной тайны Воскресения. Три тысячи пробудились к жизни и в этот торжественный день сами воскресли из мертвых и крестились (Деян.2:41). Так первый день недели стал днем, который Духом Святым предназначен для того, чтобы делами и устами первых христиан прославить Того, кто ради нас умер и воскрес.

Ссылка на то, что ап. Павел в субботу проповедовал Евангелие евреям, не является возражением. Несомненно, он так поступал, и даже неоднократно (Деян.17:2). В первый день недели синагоги были закрыты. Но для проповеди среди христиан он, конечно, не ждал Субботы. И в наше время, в местах, густо населенных евреями, можно наблюдать, что синагоги тоже закрыты в первый день недели; поэтому христианские миссионеры по субботам отправляются в кварталы, населенные евреями и устраивают там публичные собрания. Но нельзя из этого делать заключение, что христиане-миссионеры чествуют этим субботу. Ап. Павел проповедовал в синагогах и даже в субботу для молитвы ходил к реке.

Однако, находясь среди учеников в Троаде в течение семи дней, Павел избрал не седьмой, но первый день недели, чтобы сообща с ними исполняя повеление Господа, совершить преломление хлеба (Деян.20:6-7). Когда пришло время на деле осуществлять новую заповедь о любви, данную Главою Церкви, то галатам и коринфянам было предписано уделять от избытка своего в первый день недели, как наиболее располагающий к благодарности и благодеянию, кто сколько может (1Кор.16:1-2). Но это единственный текст, свидетельствующий в пользу первого дня недели; вообще же мы не находим указаний об особом отношении к первому дню недели, как дню Воскресения Христова. Этим текстом обычно пользуются, возражая адвентистам и приглашая их, помимо их десятины и субботних приношений, давать лепту, согласно этому тексту, и в первый день недели.

Св. Писание дает указания на то, что первый день недели есть день труда духовного и благотворительного. Так понимали Слово Божие и деятели Реформации, указывая, что день этот не есть день покоя и «ничего не делания», но должен быть посвящен труду духовному: преподаванию в Воскресных школах, общей молитве, богослужению, проповеди и воздержанию от плохих дел.

Помимо субботников седьмого дня, существует еще адвентизм первого дня; есть христиане, понимающие Воскресение в духе Синайского закона и спрашивающие например: можно ли в воскресенье пользоваться велосипедом, допустимо ли проповеднику для служения ехать, или он должен идти пешком?

Эти вопросы свидетельствуют о непонимании всей славной свободы, отличающей воскресный день; такие сомневающиеся легко становятся добычею адвентистов, не будучи в силах противиться доводам их логики, когда они убеждают вступить в их секту, где заповедь исполняется по всей точности закона. Всякий христианин пусть спросит свою совесть, когда пред ним возникнет вопрос, что можно и чего нельзя делать в воскресенье? В той же мере, в которой мы ежедневно, а особенно в день Господень, посвящаем себя Ему и с радостью служим Ему — сами говоря или слушая — в той же мере удостоимся мы в день Господень блага свободы во Христе. Те, что ищут блага исключительно в покое телесном, обычно считают воскресенье днем потерянным и стараются убить время в долгом сне, сладкой еде и убивающих дух развлечениях.

Участники же Воскресения Христова благодарят Бога за воспоминание и находят успокоение в благословенной смене труда материального и духовного. Наслаждаясь общением со святыми в этот день и, по возможности, совершая преломление хлеба, они всегда имеют возможность, помимо принесения материальной лепты, посвящать силы и время на служение ближнему словом или добрым делом. Чем Суббота была в древности для ветхозаветного священства левитов, тем стал первый день недели в еще большей степени для новозаветного священства являясь днем особого духовного напряжения.

XXIX. Первый день недели в Ветхом Завете

В одной из предыдущих глав я вкратце коснулся первого дня жизни в раю Адама, который приобщился к покою Бога после оконченного Им шестидневного творчества. В этом мы имеем символическое указание на явление второго Адама, который, по совершении искупительного подвига, также в первый день недели был дарован миру, в новом теле Воскресения. Как Бог создал свет в первый день недели, так явился и свет Воскресения в этот памятный первый день, свет, без которого мы погибли бы (1Кор.15:17).

Число один всегда означает начало чего-либо, как семь дней заканчивает собою какой-либо период. Поэтому в Св. Писании числа: один и восемь характеризуют начало; восемь после семи является новой единицей, а потому и началом нового периода. Если мы проследим в Ветхом Завете различные события, совершившиеся в первый или восьмой день, то придем к удивительным открытиям.

Так, на восьмой день израильтяне подлежали обрезанию. Само обрезание было знаком избавления от грешной плоти и прообразом, или тенью Воскресения (Кол.2:2-12). На восьмой день первенцы от домашних животных посвящаемы были Господу для всесожжения (Исх.22:30; Лев.22:27), что также является символом жертвы, принесенной Христом. Пятидесятый год (7 раз 7 и 1) был годом юбилейным (Лев.25:10). Семь лет составляют законченный период. После семи лет счет начинался снова. Первым годом такого нового периода был юбилейный год, в который все, чего лишился в предыдущие годы человек по бедности своей, ему возвращалось.

В этот год рабы получали свободу, а долги прощались. Этот юбилейный год являлся прообразом пришествия Христа во плоти, и установления нового порядка в мире.

Одним из замечательнейших событий первого дня недели был праздник Пятидесятницы в Ветхом Завете. На пятидесятый день после выхода своего из Египта Израиль прибыл к горе Синаю, где освобожденному народу дан новый закон. Первый день этого пятидесятидневного периода был днем освобождения, символом коего был закланный агнец (Исх.12:16), а в последний день народ пришел к подножию Синая. Итак: в первый день — восстание из гроба египетского, а в пятидесятый — на месте устаревших египетских обычаев — новый уклад жизни.

Но Пятидесятница имеет еще другое значение, упоминаемое в Лев.23:9-21. Пятидесятница пустыни отличается от пятидесятницы, празднуемой в земле Ханаанской, и приуроченной ко времени сбора урожая. Первое приношение от начатков жатвы (ячмень) должно было в первый день недели быть возносимо пред Господом; при этом определенно названа и Суббота; «на другой день праздника вознесет его священник» (ст.11). С поразительной ясностью свидетельствует это образное возношение снопа о грядущем воскресении Христовом. Мы видим, что Дух Божий вписал в закон Израилев предсказание о великой жатве, которая последует за новозаветным днем Пятидесятницы. Через 50 дней, иначе семь седьмиц и один день (ст.16) наступает, собственно, праздник настоящей жатвы. В первый день возношения начатков (Воскресение Христово), и в пятидесятый — полная жатва (праздник Пятидесятницы, см. Деян.2.) Уже в древних законах Израиля проступает свет нового дня, и еще царь Давид воспел: «Сей день сотворил Господь; возрадуемся и возвеселимся в оный» (Пс.117:24); этот псалом, который по воле Духа Святого, имеет прямое отношение к воскресению Христову (Деян.4:10-11) и предназначен для «новорожденных младенцев» (1Пет.2:1-6), почитавших уже не субботу, но первый день недели.

XXX. День Господень: бесконечная цель живых свидетелей

Адвентисты утверждают, что день, в который ап. Иоанн «был в духе» (Отк.1:10), был субботою. Для такого утверждения нет ни малейшего основания. В Ветхом Завете суббота, правда, называлась также днем Господа. К тому же этот текст не имеет отношения ко второму пришествию Господа. По мнению ученых богословов, в Новом Завете под днем Господним разумеется день второго пришествия Его, тогда как в Отк.1:10 прямо сказано: день воскресный, иначе по-гречески день, посвященный Господу. Иисус Христос называется Господом, так как Он — Господин над Церковью Своей.

Иисус из Назарета, Помазанник Божий, есть в то же время Повелителем над людьми: вот пространное пояснение трех слов: Господь Иисус Христос. Посему: кто не любит Господа Иисуса Христа, анафема (1Кор.16:22).

В Новом Завете в этом смысле говорится о Церкви Господней, о вечере Господней, о чаше Господней, о трапезе Господней, о теле Господнем, о Крови Господа и т.д. — все принадлежащее Господу Иисусу или Ему посвященное. Это же относится и ко дню Господню. Это день, имеющий отношение к воскресшему Господу, в который Он явился возлюбленным Своим и послал Утешителя Церкви, как Заместителя Своего. Ап. Иоанн конечно хорошо знал различие между субботою и днем Господним; в Евангелии он всюду субботу называет днем седьмым (Иоан.5:9 и пр.), в Отк.1:10 он прямо говорит о дне воскресном.

В первое время христиане употребляли выражение: первый день недели, здесь же ап. Иоанн впервые говорит о дне воскресном, также, как верующие в Антиохии впервые получили название христиан (Деян.11:26), название, признанное и ап. Петром (1 Петр. 4:16). Независимо от объяснений Св. Писания, мы имеем еще облако свидетелей, образующих как бы живую цепь от апостолов до императора Константина, узаконившего воскресенье. Мы не касаемся того, правильно или нет поступил Константин; мы только заметим, что не он ввел в обычай чествование воскресенья; он лишь узаконил уже общепринятый обычай.

Константин родился слишком поздно для того, чтобы изменить субботу на воскресенье. Тем более несостоятельны и неразумны утверждения адвентистов, что двумя столетиями позже папа, как малый рог по Дан.7, изменил закон о праздновании Субботы.

Послушаем теперь свидетельства отцов Церкви первых трех веков. По личному опыту я знаю, что адвентисты не слишком сведущи в истории Церкви. Они предпочитают умалчивать о подвижниках и столпах веры христианской, так как их свидетельство противоречит их учению.

Однако, ценность этих свидетельств не подлежит ни малейшему сомнению. Поликарп, друг и современник ап. Иоанна, умер мученической смертью в 155 г. по Р. Хр. На требование отречься от Христа он отвечал: «86 лет служил я Ему, и видел от Него лишь доброе; как же могу я теперь отречься от Спасителя моего?» Такой герой веры, конечно, не будет свидетельствовать ложно. Мы знаем, что Поликарп имел общение в Смирне с Игнатием, который о своих беседах с Поликарпом писал другу своему, Фоме, и, между прочим, уведомлял его в этих письмах о том, что Поликарп лично знал апостола Иоанна, ближайшего ученика Иисуса, творившего чудеса и возвестившего людям Благую весть. Из писем Поликарпа дошло до нас, к сожалению, лишь одно, но содержание его очень существенно, так как в нем Поликарп признает переписку Игнатия с Фомой весьма важным документом для христианского мира. Поэтому свидетельство Игнатия, который к тому же был учеником апостолов, нужно считать безусловно достойным полного доверия. Игнатий был в течении нескольких лет епископом Антиохской церкви, а в 107 году Р.Х. этот герой веры был брошен на съедение диким зверям. Свидетельство его о дне Господнем вместе с таким же апостола Варнавы является одним из древнейших. В одном из посланий церкви Магнезийской он пишет: «Всякий любящий Христа пусть свято чтит день воскресный, как праздник, как день Воскресения Господня, славнейших из всех дней».

И далее: «Не поддадимся обману чуждых учений и старых россказней, от которых нам нет пользы. Ибо если мы живем, соблюдая древний еврейский закон, то этим доказываем, что благодать не коснулась нас. Посему воспитанный в древнем законе и пришедший к познанию света новой надежды пусть оставит соблюдение Субботы и чтит день воскресный, установленный как знак смерти Христовой, явившей нам жизнь во Христе».

Варнава, апостол Господа, послание которого включено было в 100 году Р.Х. в известный список книг Нового Завета, так называемый Синайский кодекс, пишет: «Вам известно, что говорит Господь: «ваши Субботы не угодны Мне».

Достигши истинного покоя, покоя духа, я почитаю восьмой день недели, как знамение нового мира. Поэтому будем радостно чтить восьмой день, памятный день, в который Господь наш восстал из мертвых».

Ириней, умерший в 155 году Р.Х., знал Поликарпа и учился у него; он говорит, что «тайну Воскресения Господня мы не можем чтить ни в какой иной день, как лишь в день Господень (воскресение)».

Иустин, замученный в Риме, написал около 138 г. Р.Х. императору Антонию Пию в защиту христиан длинное послание, заключавшее 68 глав; в нем он излагает учение Христово, описывает нравы и обычаи христиан, и, между прочим, упоминает, что в Риме, в день, называемый воскресным, собираются все христиане вместе и читают послания апостолов и пророчества. Этот день есть первый день недели, и в это день Иисус Христос, Спаситель наш, восстал из мертвых. Мы очищены от греха и заблуждений Господом нашим, Иисусом Христом, воскресшим из мертвых в первый день недели. Поэтому день этот важнейший из всех дней.

Ориген, умерший в 185 году Р.Х., пишет: «Иоанн Креститель явился, чтобы приготовить народ, в виду обветшавшего завета, к новому, который есть конец Субботы. Всякий истинный христианин чтит день воскресный».

Климент Александрийский, умерший в 194 году Р.Х., говорит, что Ветхозаветный седьмой день ныне превратился в день будничный.

Тертулиан, сын римского военачальника в Карфагене, принял христианство в 160 г. Р.Х. В многочисленных сочинениях своих на латинском языке он неоднократно касается воскресного дня. Так, он пишет: «Воскресенье дано нам на радость, мы стараемся день Воскресения Господа нашего чтить свято, не обременяя его заботами житейскими и разными мирскими работами, так как иначе подпадаем под власть диавола».

В другом своем сочинении «Апологет» Тертулиан пишет в опровержение обвинений язычников, будто бы христиане поклоняются солнцу, следующее: «Если мы чтим воскресенье, то делаем это не из склонности к безделью и наслаждению и не из подражания Римлянам, которые седьмой день посвящают своему богу солнца. Мы от этого так же далеки, как и от почитания еврейской Субботы».

Из этого видно, что язычники чтили не воскресенье, но субботу, предаваясь в этот день разным наслаждениям. Узнаем также и то, что почитание воскресного дня первыми христианами не имело ничего общего с еврейской субботой. В книге, посвященной защите христианства от нападений евреев, Тертулиан говорит: «Бог, создав Адама, не возложил на него обрядов обрезания и Субботы; Он похвалил Авеля, приносившего жертвы свои, но не хранившего суббот и не обрезанного. Праведного Еноха Господь взял на небо необрезанного и не знавшего Субботы. Енох не вкусил смерти, являясь примером тому, что и мы, не обременяем себя законами Моисея, можем быть угодны Богу. Наконец, Мельхиседек имел сан священства, не будучи обрезан и не храня Субботы».

Киприан, обезглавленный в 258 г. Р.Х. за верность Господу Иисусу Христу, писал: «Еврейский обряд обрезания во восьмой день является тайным прообразом и тенью грядущего Спасителя. Восьмой день, первый после субботы, есть день Господень, «день воскресный».

Укажем еще на труды некоторых церковных историков. Филипп Шаф пишет: «Во 2-ом веке Р.Х. повсюду христиане праздновали воскресенье, получив это установление по преданию от первых апостолов».

Также и английский историк Георгий Фишер подтверждает, что воскресенье чтилось в первоапостольской церкви. В Британской Энциклопедии о воскресении сказано так: «Почитание воскресенья началось в первое же время возникновения христианства… Нет недостатка и в указаниях на то, как этот день почитался».

В другой энциклопедии мы находим следующее: «Вскоре по возникновении христианской церкви обращенные из евреев ее почитали субботу наряду с воскресеньем; но к концу периода апостольского воскресный день был общеизвестен, как христианский праздник, и верующие отличали его воздержанием от повседневных забот».

В календарях первого века встречается обозначение: день Господень, которое во втором веке заменяется названием воскресный день.

Хотя адвентисты и стараются утверждать, что воскресенье учреждено в 538 году Р.Х., однако вышеприведенных свидетельств опровергнуть они не могут. Со дня Воскресения Христова в 33 году, и до времен Киприана, замученного в 258 году, мы имеем цепь живых свидетельств о том, что суббота не только не праздновалась христианами, но что общепризнанным праздником стал первый день недели, день воскресный, и не в силу заповеди, а по свободному волеизъявлению христианского мира.