Закон

Закон обличает человека в его грехах

Слово Божие через Закон говорит, что убийством является не только лишение себя или другого человека жизни, но также и разрушение жизни, приводящее к преждевременной смерти. Что разрушает человеческую жизнь? Алкоголь медленно, но верно ведет алкоголика к преждевременной кончине, так же как наркотики и курение.

Люди, злоупотребляющие этим, определенно нарушают заповедь «не убивай». Нарушают ее и те, кто рекламирует подобные вещи. А разве так называемое «планирование семьи» и искусственное прерывание беременности не является нарушением этой заповеди? Почему мы считаем, что вправе распоряжаться судьбой души, еще не родившейся, но уже пришедшей в этот мир? При размышлении над 6-й заповедью перед нами, в конечном счете, предстает весь современный мир с его чудовищной военной техникой, способной полностью уничтожить все человечество и все живое на земле, и самыми изощренными способами убийства. Перед лицом глобальной опасности так необходимо людям соблюдение этой данной Богом заповеди.

«Не кради». «Не желай… ничего, что у ближнего твоего»

Значимость Закона в имущественных отношениях

Большое внимание уделяет Закон рассмотрению гражданско-правовых отношений, то есть имущественных и связанных с ними личных неимущественных отношений. Основой для этих отношений являлась защита права частной собственности, которая достигалась на конституционном уровне двумя заповедями: «не кради’ и «не желай…ничего, что у ближнего твоего».

Последняя заповедь пресекает даже допущение возможности нарушения данного права. Греховные дела рождаются, как от сорных семян, от греховных желаний и помышлений. Именно внутренние мотивы порождают грехи. Злые помыслы потому и опасны, что каждый отдельный грех берет свое начало из них, гнездящихся в наших сердцах. Поэтому последняя заповедь Десятисловия, как бы подводя итог, была направлена на поддержание чистоты наших желаний и помышлений.

Справедливость гражданского Закона

Гражданский Закон предусматривал суровые наказания за всякое преступление, причиняющее вред или убыток ближнему. Им предписывалось самым решительным образом истреблять зло из среды народа, так как народ, которому вверено Божие откровение, должен быть особенно безукоризненным. Закон требует от человека честности, правдивости и справедливости в делах с другими людьми. Все запреты Закона сфокусированы в одной заповеди: «…люби ближнего твоего, как самого себя» (Лев. 19.18)

Смысл заповеди «не кради» можно выразить так: будь честентрудолюбив, добросовестно относись ко всякому человеку, стараясь способствовать и его благу. Не воруй, не бери чужого, уважай результаты труда и собственность другого человека — такие положения есть, наверное, в законодательстве любой страны: вопросы собственности и отношения к ней составляют стержень одной из важнейших сторон человеческой деятельности — экономической. Однако данный Моисею на Сионе Закон уникален и в этом отношении. Как нигде более переплетены в нем правовые и этические отношения. Ведь понятие «кража» можно толковать очень широко. Вор — это не только запустивший руку в чужой карман или забравшийся в чужую квартиру, но и тот, кто сознательно наносит ущерб репутации невинного; и тот, кто не предлагает другому своего крова в случае необходимости; вором талмудисты называют и того, кто беззастенчиво пользуется гостеприимством хозяев. А разве не вор тот, кто отнимает время без нужды у своего ближнего или даже у самого себя? Воровство — это, в конце концов, обвинение Бога в том, что Он дает недостаточно. Подобные кражи, кажущиеся безобидными, совершаются нами постоянно. И как необходима людям драгоценная заповедь Божия, гласящая: «не кради». К сожалению, миллионы людей забыли эту заповедь или нарушают ее сознательно. Божий Закон строг и в отношении, так называемых, мелочей, ибо мелкие кражи ведут к большим хищениям, а главное — являются, как и большие кражи, нарушением 8-й заповеди.

Влияние Закона в межличностных отношениях

Смерти был повинен укравший человека (Исх.21.16; Вт.24.7). Свобода драгоценна не менее жизни, поэтому лишение ее — похищение и продажа евреем своего соотечественника — приравнивалась к убийству. Закон предписывал взыскивать с вора кратную стоимость похищенного в зависимости от того, было ли это похищенное найдено или оно уже было продано (Исх.22.1,4,7). В случае же, если вору было нечем заплатить, он подвергался продаже в рабство, а вырученные деньги шли на покрытие ущерба, нанесенного потерпевшему (ст.З). Убивший домашнее животное также должен был заплатить за него (Лев.24.21). Необходимо заметить, что институт материальной ответственности за имущественные преступления появился в римском праве лишь во II веке по Р.Х.* До этого все правовые системы, кроме израильской, наказывали виновных в этих преступлениях смертной казнью.

Закон допускал необходимую оборону собственника при защите своей собственности, причем в темное время суток вплоть до убийства вора (Исх.22.2-3). Убийство вора ночью приравнивалось к неумышленному убийству, так как в темноте трудно определить, куда наносится удар, и соразмерить его силу. Убийство же вора в дневное время, когда собственник мог избежать его, употребив другие средства для защиты своей собственности и задержания вора, считалось умышленным и, как таковое, по общему правилу — каралось смертью («Кто ударит человека так, что он умрет, да будет предан смерти» — Исх.21.12).

Запрещалось также нарушение межи ближнего — границ участков земли (Вт. 19.14). Совершивший такое беззаконие подлежал проклятию (Вт.27.17).

Регламент Закона относительно договорных обязательств

Закон детально регламентирует несколько договорных обязательств, т.е. обязательств, возникающих из договора: договор займа, договор хранения, залог. Согласно Исх.22.25, Лев. 25.36 37 и Вт.23.19-20 Закон делал различие при заключении договора займа для евреев и иноплеменников. Для евреев это был безвозмездный договор (запрещалось налагать рост, в отличие от римского права, согласно которому договор займа был возмездным во всех случаях (Законы 12-ти таблиц. 8.18а), то есть на первое место выдвигались интересы благосостояния Израильского народа. Также Закон предусматривал ответственность заемщика и наступление неблагоприятных материальных последствий для него в зависимости от его вины в случае повреждения взятого взаймы (Исх.22.14-15). Так как в этом случае речь идет о займе скота, то, по-видимому, этот договор являлся договором найма (ср. законы Хаммурапи, п.п.237-429, 253). В случае неуплаты долга договор займа прекращался в седьмой (субботний) год с кассацией долга, причем и это правило не распространялось на иноплеменников (Вт. 15.1-10).

Договор хранения (Исх.22.7-8, 10-13) также предусматривал материальную ответственность хранителя за доверенное ему на хранение имущество перед поклажедателем, в зависимости от вины в утрате или повреждении имущества. Причем при краже скота в случае не нахождения вора и предложения, что скот украден из дома, где можно было уберечь его, хранитель должен был заплатить потерявшему поклажедателю.

Закон и залог

Закон предусматривал в качестве обеспечения исполнения обязательств (в частности, по договору займа) залог, по которому кредитору должником выделялось имущество, которое могло быть объектом взыскания (Вт.24.10-11). В этом случае Закон однозначно защищает интересы бедных должников («Если возьмешь в залог одежду ближнего твоего до захождения солнца возврати ее, ибо она есть единственный покров у него; она одеяние тела его: в чем будет он спать?» — Исх.22.26-27; Вт.24.12-13,17). Запрещалось брать в залог предметы первой необходимости (там же, и Вт. 24.6).

Заповеди 8-я и 10-я определяли также и институт находки. Найденное имущество должно было быть возвращено владельцу или взято нашедшим на сохранение до обнаружения владельца (Исх.23.4, Вт.22.1-3).

Возмещение вреда по Закону

Большое внимание было уделено институту возмещения вреда. Ответчик нес материальную ответственность за свои действия, причинившие вред истцу (Исх.21.33-34; 22.5-6). Кроме того, он нес ответственность за ущерб, причиненный его скотом, причем эта ответственность дифференцировалась в зависимости от вины ответчика, она увеличивалась вплоть до смертной казни в случае, если он не принял меры по безопасному для других содержанию заведомо буйного скота (Исх.21.28-32, 35-36). Здесь мы также видим дифференциацию ответственности в зависимости от социального статуса погибшего: был ли он свободным или рабом, что сходно с положениями закона Хаммурапи (п. п.251-252). Причем Закон Моисеев в случае наступления смерти человека предусматривал побивание скота, причинившего это, камнями, то есть уничтожение самого источника повышенной опасности, который создает вероятность причинения вреда, в связи с невозможностью полного контроля за ним со стороны человека.

Регулирования земельных отношений в Законе

Божие руководство и доверие к Нему народа проявлялось и в вопросе регулирования земельных отношений — в частности, в субботний и юбилейный годы. Здесь нам представлена отличительная черта принадлежащей Господу земли. Ему угодно было даровать ей целый год покоя, и в этот год обнаруживалось великое богатство, которым Он благословлял Своих управителей. Жаль, что об этом забыли в век споров об интенсивном и экстенсивном путях развития сельского хозяйства, забыли об единственно благословенном пути — пути доверия Господу.

Земля в Израильском государстве, как мы можем увидеть позже (И.Нав.13-19), была разделена между коленами. Внутри же колен земля делилась по семействам — «по числу имен» лиц мужского пола. Земельные участки получали имена своих владельцев, чтобы под этими именами переходить из рода в род, как материальное закрепление в народе «имени». Именно с этим и было связано регулирование наследования наделов, которое мы находим в 27-й и 36-й главах книги «Числа». Подобная регламентация наследования земельных наделов не встречается больше ни в одном правовом акте древности.