Синоптическая проблема Евангелий

Постановка вопроса

При изучении Евангелия от Матфея, Марки и Луки, видно, что они схожи в структуре, стилю, лексики (используют одни и те же слова и предложения продолжительно в течение целой перикопы). Больше всего подобия наблюдается между Марком и двумя другими евангелистами: 91% Евангелия от Марка воспроизведено в книге Матфея и Луки. Матфей и Лука соответствуют другим синоптикам на 50% и 41% соответственно. Такое сходство дает уверенность в том, что существует литературная взаимосвязь между этими Евангелиями, включая, возможно, прямое копирование.

Так называемая синоптическая проблема состоит, по сути, из двух частей:

1). кому принадлежит первенство в написании Евангелия – Матфею или Марку?

2). если первенство принадлежит Марку, а Матфей и Лука его использовали, откуда они взяли похожий «немарковский» материал (то, что называют Q)?

Я исхожу из предпосылки, что если т.н. синоптическая проблема может быть решена без обращения к теории о неком «источнике», которого никто не видел, то надо принять именно такое решение. Такое решение существует, если мы найдем достаточно оснований предположить, что именно Матфей был первым автором.

Проблема первенства

1.      Предположение, что Марк был третьим по счету автором и знал труды Матфея и Луки, объясняет некоторые явления согласия и несогласия в порядке представления материала у двух последних. Часто порядок Матфея и Луки отличается от Марковского. Однако когда материал Марка отходит от Матфея, он всегда согласуется с Лукой и наоборот[1]. Либо Матфей и\или Лука знали труды другого и сознательно выбирали отходить от Марка там, где другой ему следовал, либо Марк просто является более поздним автором и решил придерживаться то одного, то другого порядка.

2.      Сходство Матфея и Луки в противовес Марку говорит о том, что автор одного знал произведение другого (что отвергается сторонниками Q):

Притча о горчичном зерне (как лексика, так и порядок); использование «Назара» (Nazara) (необычное произношение) вместо «Назарет» в Мф.4:13 и Лук.4:16; малые соответствия в повествовании о Страстях (которые не входят в Q, согласно теории); из 10 историй об исцелениях в Марке, оба и Матфей и Лука имеют 8 (одни и те же в обоих); оба и Матфей и Лука пропускают заповедь «не обманывай», которая есть у Марка; подробно о соответствии Матфея и Луки в изменении грамматических конструкций Марка, смотри William R. Farmer,  The Synoptic Problem, Mercer Univ. Press, 1981.

3.      Когда Матфей и Марк следуют одному порядку (отличном от Луки), они проявляют сходство и в тексте; а когда Марк и Лука следуют одному порядку (в отличие от Матфея), они тоже проявляют большое сходство в тексте. Если Марк копировал Матфея и Луку, разумно предположить, что он отдавал преимущество тому автору, которому выбрал следовать.

4.      Сделав предположение, что между Евангелием от Матфея и от Луки существует прямая литературная зависимость, первенство должно быть отдано Матфею:

·        согласно внутренним признакам: семитизмы, говорящие, что Мф. писал в Иудею, а не церквям, родившимся в период благовествования язычникам; сохранившийся из устного учения параллелизм, разбиваемый Лукой и т.п.

·        согласно единодушной поддержки раннехристианских авторов, цитирование ими.

5.      Возражения сторонников первенства Марка:

·        что более короткое евангелие должно быть старше, не совсем верно, т.к. автор оставляет за собой право удлинять и сокращать материал в зависимости от своих задач;

·        Матфей «улучшал» литературный стиль и простоту языка Марка, но один автор может улучшить грамматику источника, а другой – ухудшить;

·        Матфей имеет более развитую христологию, и поэтому, он более поздний, но послания Павла показывают, что и до написания Евангелий христология была на высоком уровне, кроме того, мы судим о христологии только по ответам на возникавшие проблемы, поэтому это не может быть объективным критерием.

Если Лука использовал Матфея, то почему он упустил его некоторые важные отрывки? Может, потому что он делал не просто сборник, а собственное хорошо структурированное произведение и не использовал то, что ему не помогало. То, что у Луки иногда более простые фразы и выражения, чем у Матфея, верно, но это может объясняться и разностью мышления, окружения. Более простое – не обязательно более близкое к оригинальным словам Иисуса.

Матфей придал своей книге подобие первых шести книг Танаха (Быт. – И.Нав.):

1.      Толедот Иисуса гл.1-3;

2.      Искушения, Закон согласно Иисусу гл.4-7;

3.      Апостолы – исполнители Завета – гл.10;

4.      Число допущенных (и не допущенных) в Царство – гл.13;

5.      Преображение на горе – «слушайте Его» (срав. Втор. 18.13, Мк. 9.9, Мф. 17.5), отношения между членами народа (Втор.17.2-13, Мф. 18.15-20; Втор.24.1-4, Мк. 10.1-l2, Мф.19.1-12).

6.      Разрушение города (книга Иисуса) – гл.24-25.

Лука же перераспределил объем материала (собрав как можно больше в его часть «Второзаконие» — 10.25-18.30), сохраняя, тем не менее, общую модель.

Проблемы с Q

Уже было показано, что литературная связь между Матфеем и Лукой может решить феномен их сходства. При этом необходимость в источнике Q пропадает. С теорией «Источника» также связано еще несколько проблем, заставляющие сомневаться в Q: этот документ до сих пор не мог быть убедительно воссоздан. По определению, это материал, состоящий из поучений и чудес Иисуса, исключающий Страсти. Но он должен был бы содержать и повествования – от проповеди Иоанна Крестителя и крещения Иисуса до его встречи с учениками на горе. Однако, если Q – сложившийся литературный труд, почему мы не чувствуем «чужого» влияния, когда Матфей и Лука используют его?

Вывод

На основании вышесказанного, я предполагаю, что т.н. синоптическая проблема может быть решена (не без трений, как и любая другая теория) без обращения к гипотетическому источнику, а на основании первенства Матфея.


[1] Единственное исключение – очищение Храма, когда Матфей и Лука вместе отличаются от Марка, помещая это событие на тот же день, что и вход в Иерусалим.